Автор
Крутя бокал шампанского, девушка скользила взглядом по веселящейся толпе. Внезапно ее прервал громкий крик соседки, указавшего на мужчину рядом — не кто иной, как ее избранник Левон. От испуга мурашки пробежали по всему телу, заставляя сердце бешено колотиться в горле.
— А теперь я жду ребёночка… Ты счастлив?
Безмерно… Ведь любой идиот счастлив узнать, что лишил девственности дуру набитую, которую видит первый раз в жизни? А теперь она ещё и беременна! Да я, мать вашу, просто в восторге!
Моя жена, мой единственный сын, которым я посвятил всю свою жизнь, ушли, бросив меня один на один с этой ебанашкой!
Девчонка с такой пылкостью транслировала своё желание! Достаточно было моргнуть, чтобы она покорно опустилась на колени. Она приняла бы мою блажь за приказ к действию! Её не смутили бы ни открытая дверь кабинета, ни любопытные взгляды!
Но при всем при этом твердит о какой-то невинности… А после шарит взглядом по мне, как по диковинному фрукту. Ладонь уверенным движением скользит по груди, замирая на ширинке.
Девка прикусила нижнюю губу, так зазывно облизнула, желая ощутить ответное желание. Но мой член даже не дёрнулся, наблюдая за этим дешёвым спектаклем. Ну не стоит у меня на шапито с бездарным режиссером во главе. Осталось только найти этого продюсера.
Мне было противно до одури. Её касания были грязными, тошнотворными.
Блядь… Настоящая блядь, решившая, что достаточно умна, чтобы пудрить мозги мне… И я вынужден терпеть, пока не пойму, какого хера происходит в моём офисе!
— А-а-а-а-а, я стал твоим первым мужчиной? Отличная сделка, я считаю. Тогда беги, деточка, собирай свои вещи, — горечь дыма прожигала глотку, лёгкие вспыхнули, а спину пересекло острой болью. — Давай-давай, бесценная ты моя, собирай свои вещи…
Девчонка рванула на меня голодной тигрицей, но напоролась на вытянутую руку.
— Собирайся, — прошипел я, отталкивая её от себя. — И быстро…
Девушка распахнула глаза, на лице застыла эмоция замешательства, она покачнулась на каблуках, настороженно оборачиваясь на входную дверь, будто кто-то должен был прийти и спасти. Но замешательство было секундным, Надя быстро пришла в себя, чуть дёрнула губами, выдавливая улыбку, и аккуратно вышла из кабинета.
И только сейчас я смог вдохнуть спокойно. Распахнул окно, выталкивая густой аромат наигранного соблазнения. Фальшивка. Фантик…
Вот только видится это особо ясно на контрасте.
Одиночество ощущается, лишь когда ты обретаешь семью. А любовь – когда теряешь женщину, в чьих нежных ладошках лежала твоя жизнь.
Не было ни дня, чтобы не вспомнился тот вечер, когда вскрылась рана двадцатилетней давности. Квартира, что была моим домом, стала тихой обителью, в которой царит одиночество. Мы думали, что поступаем правильно.
