В мире Финала каждая история длиною в жизнь разворачивается из четырех частей: от начала до преддверия концовки и последней истинной ее сущности. Многие оказываются слишком поздно, уступая судьбе перед бесконечностью провалов. Кажется невероятным, но жизнь зачастую завершается в самой тяжелой части пути - там, где кажется всё окончено и надежды уже не на то место....
– Неужели ты правда думаешь, что я причинил бы вред дочери Гавриила?
– Мое предупреждение не только к ней относится. – Голос Аниссы несколько смягчился, а глаза приобрели пугающий оттенок белого. – Пытки и смерть на подходе.
Скарлетт вздрогнула, и Отрава теснее прижал ее к себе.
– Не волнуйтесь, маленькая звездочка. Думаю, она просто хочет сказать, что нам предстоит впечатляющее празднество.
Без дальнейших церемоний Отрава вывел Скарлетт из комнаты в роскошный коридор, из которого, спустившись по ряду подземных переходов, они попали из Зверинца прямиком в золотую башню королевского дворца.
Отрава непринужденно болтал на протяжении всего подъема на вершину башни. Скарлетт стало очень жарко в своем тяжелом платье и с мерцающим макияжем, а ее спутник с каждым лестничным пролетом делался все более оживленным, как будто предупреждение Узницы действительно его взволновало.
Он не останавливался до тех пор, пока они не оказались перед дверью комнаты, где должны были встретиться с ее отцом.
– Предлагая вам подружиться, я имел свои слова в виду. Возможно, я вам не по душе, маленькая звездочка, но я всегда буду рядом, если понадоблюсь вам.
Его очаровательная улыбка стала более ядовитой, когда перед ними открылись двери в комнату, где ждал Упавшая Звезда.
На стенах висели шпалеры с изображением жестоких войн, а самого Упавшую Звезду окружал спелый желтый ореол алчности. Он стоял в окружении мускулистых молодых женщин и мужчин, которые, должно быть, считались отборными стражниками Валенды, но рядом с Гавриилом выглядели как дети, играющие в переодевание.
Когда появилась Скарлетт, его глаза вспыхнули, а аура окрасилась бледно-розовым удивлением. Скарлетт решила, что на мгновение он принял ее за Парадайз. Или, быть может, у Скарлетт просто нервы расшалились, и ей это лишь показалось.
Он взял ее за руку и вывел на балкон. По тому, как бережно он с ней обращался, никто бы не догадался, что всего несколько часов назад он убил кого-то у нее на глазах.
Когда они вышли наружу, раздались хлопки и радостные крики. Стеклянный двор внизу был переполнен. Дети сидели на плечах у родителей, люди толпились даже внутри фонтанов и взбирались на деревья, хотя в действительности никто и понятия не имел, ради чего они здесь собрались.
