Я бросился на крик вместе с военруком и всей толпой мальчишек. Одна из пионерок вопила: "Змея-змея-змея!", указывая пальцем вперед. В прозрачной осенней траве действительно двигалось что-то черное и длинное. Все замерли, но рыжий сын милиции метнулся, схватил змею за голову и вытащил из рыхлой земли. Посторонился, глядя на пацана: "Эх ты, дура, это же жук не кусается!"...
Когда девушки разложили, выполненные на ватмане, эскизы костюмов, мы ахнули. Я даже пожалел, что не взял с собой нашего историка для консультации. Глядишь, приглянулся бы какой-нибудь незамужней.
— Мы решили, что не стоит буквально копировать костюмы той эпохи, — принялась пояснять Маша. — Ведь у вас не столько исторический, сколько сатирический фильм, поэтому мы подумали, что не мешает добавить элементы гротеска, которые бы подчеркивали и суть эпохи и в то же время — характеры персонажей.
— Это очень интересная идея! — воскликнул преподаватель немецкого. — Особенного, если учесть, что фильм наш, к сожалению, будет немым, а в субтитрах всего не передашь.
— Тогда — тем более! — обрадовалась Вершкова и ее коллеги согласно закивали. — Мы должны сделать костюмы говорящими, чтобы зритель сразу понимал, кто есть кто… Девочки, давайте, демонстрируйте свои работы и высказывайте идеи.
— Начну я, пожалуй, — сказала высокая, круглолицая брюнетка. — Я решила взять на разработку костюм кардинала Ришелье…
Она подняла один из листов и поставила его на мольберт, чтобы все могли видеть изображенное на нем.
— Я хотела подчеркнуть этим эскизом, что кардинал Ришелье не выдающийся политический деятель, каким его представляют историки, — продолжала объяснять модельерша, — а мелочный, завистливый человечек, которым движут эгоистические цели, а вовсе не интересы Франции…
— Простите, вас как зовут? — спросил Карл.
— Алевтина…
— Смотрите, Аля, — сказал Рунге, — что если сделать воротник не просто большим, а невероятно большим?..
— Что ж, это можно попробовать, — кивнула та.
Алевтина взяла чистый листок, карандаш и принялась набрасывать новый силуэт.
— Да-да, — одобрил Карл Фридрихович. — Что-то в этом роде…
Следующей заговорила русоволосая и волоокая модельерша, которая представилась Владой.
— Я предлагаю нарядить обжору и пьяницу Портоса в бочку, — сказала она.
