Я бросился на крик вместе с военруком и всей толпой мальчишек. Одна из пионерок вопила: "Змея-змея-змея!", указывая пальцем вперед. В прозрачной осенней траве действительно двигалось что-то черное и длинное. Все замерли, но рыжий сын милиции метнулся, схватил змею за голову и вытащил из рыхлой земли. Посторонился, глядя на пацана: "Эх ты, дура, это же жук не кусается!"...
В нашей беседе то и дело мелькали словечки «крупный план», «натурные съемки», «субтитры» и так далее. На завтра мы запланировали посещение драмкружка в Доме Пионеров, с которым у нас, благодаря Вадику Красильникову, и так уже образовались тесные творческие связи. Я не ожидал, что моя безумная идея начнет обретать «кровь и плоть».
Выходит, не только школярам, но и многим взрослым не хватало чего-то такого, что могло бы вырвать их из рутины, придать жизни смысл, реализовать скрытые от них самих творческие возможности.
Выспаться мне удалось, и настроение было превосходным, но жизнь показывает, что если у вас с утра хорошее расположение духа, это не значит, что вам не попытаются его испортить.
Мое подозрение тут же подтвердилось. За плечом рогоносца замаячила рожа вчерашней любительницы сладкого.
Скорчив неприветливую мину, я подошел к нему.
— Чем обязан?
— Поступил сигнал, гражданин Данилов, что вы взимаете плату за занятия, в обход фининспектора, — сразу взял быка за рога капитан.
— Занятия в секции я провожу по договору со спортобществом «Литейщик», — ответил я. — И оплата моего труда производится согласно оному. Можете посмотреть документы в бухгалтерии.
— Обязательно посмотрю, — пообещал Сильвестр Индустриевич. — И тем не менее, такой сигнал есть и я обязан его проверить.
