Кей опять посмотрел на воркующих близнецов, потом перевел взгляд на тело демона. Ветер, качающий ветви деревьев за окном, не проникал между плотно пригнанных стекол, Элоиз висела неподвижно. Называть этим именем какую-то совершенно обыкновенную смешливую девчонку Кею не хотелось. Пусть уж лучше Элоиз умрет на рассвете.
— Конечно, это выглядит несправедливым, — снова заговорила Агнеша. — Тем более что, выгоняя сейчас орков из Ульшана, мы обрекаем на погромы и изгнание людей в городах орков. Скорее всего, это приведет к войне. Ну и пусть, так будет лучше для всех! Тримагорские войны не окончены, и ты сам это видел. Герцогством Истиен, которое всегда было нашим, преспокойно управляли эльфийские маги из Скального Удела! И сколько еще таких мест? Надо бороться, пока не поздно. В университете молодым ребятам туманят головы идеями общей свободы, они становятся не способны к борьбе. А приведет это к тому, что мы просто вымрем. Люди как раса проигрывают от смешения народов больше всех, потому что…
— Пойдем на кухню? — предложил Кей. — Найдем что-нибудь, съедим и выпьем. Отпразднуем твою победу.
— Нашу победу, — поправила его Агнеша. — Близнецов будем звать?
— Сами придут, если захотят.
Герцог и его сестра все шептались и шептались, держась за руки. Им сейчас никто не был нужен. Так же, как и висящей в петле Элоиз, как мертвому магу… Да и Кею, пожалуй, тоже.
17К полудню путники одолели не больше трети расстояния до Ульшана — уж очень медленно передвигался профессор. Но Кея это ничуть не смущало, он никуда не торопился. Дорога была совершенно пуста, никто не спешил в Викенну с новостями о произошедшем в городе, ничто не отвлекало от со созерцания природы. Приближалась осень, первые ее краски уже нарушили торжество зелени…"
"— А еще где-то есть страна, в которой стоит вечная зима. Жителям приходится выращивать пшеницу прямо в домах, иначе она замерзнет. Для этого они вывели специальный сорт, растущий сверху вниз, и засевают ее на потолках. Эту пшеницу не надо даже жать: вызревая, зерно само вываливается из колосьев, его сметают в кучи и отвозят на мельницы. — Профессор понемногу иссякал, истории становились все короче. — Вселенная, долго нам еще идти?
— Долго, профессор, и привала мы делать не станем. Лучше доберемся до дома и уж там будем спать хоть трое суток.
— Когда я сплю, ничто не существует, кроме моих снов, — пробурчал Хлумиз. — Я знаю…
Профессор кутался в одеяло, восстановить разорванный демоном сюртук не удалось. Агнеша отдала Кею все деньги, при разумном использовании их хватит на месяц. Впрочем, зачем же использовать их разумно? Ведь за месяц все может измениться. Все может измениться даже за день или за час.