Автор
Война нарастает до предела, когда Франки под командованием короля Карла наконец вышли из-под защиты ряженых и встретились лицом к лицу с неимоверно могучей армией Абд-ар-Рахмана. Покуда первые дни битва шли равнясь, франки стали непреодолимым стеной. Но на пятый день Карл решил, что время пришло, и начал атаку, внезапной и решительной....
Деньги когда отдашь? Сегодня опять опустошил половину погреба и сбежал, пока меня не было.
— Я бы подождал, да овцы ждать не захотели.
— У пастуха во всем овцы виноваты. Учти, я разносчиков предупредил. Вина в кредит больше не получишь.
— Я отдам, Адмет. Вот хозяин заплатит, и сразу отдам.
Хрыч ощерился, показав гнилые зубы."
"— Хозяин?.. Ты что, отброс Аида, думаешь я не знаю, что хозяин не заплатит до тех пор, пока не возместишь убытки от разрушенной конюшни и утонувших лошадей? А еще городу выплачивать за давешний храм! — И добавил презрительно: — Геракл…
— Это все мелочи, дружище.
— Это кто настоящий мужчина? Ты? Пьянь портовая!
— Давай отработаю.
Адмет скрипуче заперхал.
— Не смеши дедушку. Отработает он! Как? У меня нет конюшен, чтобы ты их смог затопить. И нет рыжего осла, чтобы ты мог содрать с него шкуру и ходить в ней по городу, выдавая за львиную. В общем, таланты на пеплос, иначе хуже будет.
— Ты ведь знаешь, я беден, как храмовый ужик.
Из-за поворота показались внушительные фигуры трех адметовых прислужников, которые окончательно перегородили овцам дорогу. Сквозь хоровое недовольное блеяние слышался визгливый голос старикана:
— И что с тобой делать? Хозяйства нет. Жена уродина. Делать ничего не умеешь. Давай я тебя в рабство продам!
Геракл ошалело попятился.
— Нет, Адмет, ради Олимпа, только не это!
— А почему нет? Или своим рабом сделаю. Отправлю в Фивы, будешь на горбу таскать амфоры с фиванским. Так и расплатишься.
— Хозяин, он все выпьет по дороге, — заметил один из Адметовых бугаев.
Адмет помрачнел.
— И то верно. Да и своему хозяину ты должен несоизмеримо больше… Глядишь, он вскоре сам тебя рабом сделает. В возмещение.
— Хозяин, — просипел другой бугай. — Натрави пастуха на тупого писчика, один дурак другого лучше понимает.
Адмет прищурился.
— Какой ты у меня умный, Эврит! А с виду не скажешь. Сами, значит, не хотите связываться, а натравить — пожалуйста!
Старик задумался.
Геракл стоял.
Овцы блеяли.
— Ладно. Сниму с тебя часть долга, если сделаешь что надо.
— А что надо? — возрадовался пастух.
— Ну и как я это сделаю? — мычал Геракл, топая следом за Адметом по пыльным улицам Микен.
— Не знаю. Ты же хитрый, когда зенки зальешь. Вот и придумай что-нибудь. Главное помни — завтра дифтера с написанным должна быть у меня. Послезавтра — у царя, а через день прибывают сборщики дани. Если они ее не получат, может случиться очередная война со Спартой.
