Я смотрю на необычную угрозу — серо-голубую акулу с тонким и гибким телом, размер которой сложно оценить. Акула скользит в воде так медленно и ритмично, будто выполняет самое простое из всех упражнений — словно она знает, что больше не имеет времени на свои маневры.
Как мне сказали французские рыбаки, которых повстречали примерно на траверзе Бреста, о подходе этого конвоя стало известно адмиралу де Турвилю, который и вывел свой флот в пролив Ла-Манш, чтобы подорвать экономику Англии и заодно нехило обогатиться. Этим двоим пародиям на флейт удалось, видимо, ускользнуть от военно-морского флота Франции. Решили обогнуть остров Британия и подойти к Лондону с востока или разгрузиться в каком-нибудь порту западного побережья. Встреча с французским корсаром не входила в их планы, поэтому уже часа два пытаются избежать ее.
Фрегат идет быстрее на пару узлов, как минимум. Он обошелся мне в полтора миллиона ливров. Богатый человек отличается от бедного тем, что может покупать себе дорогие игрушки. Впрочем, фрегат не только игрушка. Он еще и норовит окупить себя, несмотря на то, что юго-западный ветер хоть и попутный, но слабый. И еще очень сухой и горячий. Наверное, ветер и сам не понимает, что делает в этом обычно забытом солнцем, сыром и холодном крае. Я до сих пор искренне удивляюсь, когда в Англии сухая и жаркая погода.
— На баке! — кричу я. — Пальните-ка ядром по парусам ближнего приза!
Дистанция больше мили. Попадут вряд ли. Но ядер и пороха много, так что развеем скуку.
Грохочет одна кулеврина, потом другая.
Минут через десять я приказываю повторить попытку. На этом раз ядро дырявит парус-бизань, но не обрывает его."
"На английском судне взвивается красный флаг. Надеюсь, это он не нам приказывает немедленно остановиться и сдаться в плен. Действительно, не нам. На шедшем впереди английском судне начали работать с парусами.
