Автор
История о двух людях, разделённых расстоянием, которые ищут утешение в ночных разговорах. Между ними — нежность и боль, обещания и их нарушения. Романтичный и трогательный рассказ о том, как иногда самые важные люди оказываются просто голосом в трубке телефона.
Визжит, когда какой-то мальчишка — явно на пару лет старше — опускает ей на голову кубик, изображая «удар наковальней», и отвечает тем же, мгновенно выводя противника из строя.
Моя девочка — не маленькая и слабая соринка. Она — Клейман, нашей породы, сильная и крепкая.
И если она в свои четыре дает отпор более крепким противникам, то мне даже стыдно пасовать.
Ну и, в конце концов, грех не воспользоваться золотой головой Антона. Зря он что ли рвет всех в клочья.
Глава тридцать седьмая: Йори
На огромной выставке ледяных скульптур прямо под открытым небом не протолкнуться.
Я приезжаю чуть позже, чем договорились мы с Андреем, потому что снова умудряюсь пересесть не на ту ветку метро. Можно сказать, к назначенному месту встречи прибегаю, запыхавшись, как загнанная лошадь, но около слепленных из снега замковых ворот их с Соней нет. На всякий случай проверяю телефон: еще двадцать минут назад Фенек написал, что они на месте.
Как ненормальная верчу головой, пока взгляд не натыкается на мою «парочку»: как раз выходят из кофейни со стаканчиками в руках. Андрей терпеть не может пить кофе на ходу и постоянно подшучивает над тем, что для меня стало розовой мечтой гулять с маленьким термосом по заснеженным улицам, долго наслаждаться вкусом горячего кофе и мысленно работать над книгами. Интересно, если я спрошу, как продвигается расследование с загадочным «А», это будет слишком явный намек?
Соня идет первой и, ожидаемо, встречает меня хмурым недовольным взглядом. Молча и явно с вызовом протягивает… милую термокружку с парочкой миньонов из популярного мультфильма. У нее такая же, но миньон один и одноглазый. Пока пытаюсь придумать достойную благодарность, Андрей показывает свою: с клыкастой фиолетовой монстрятиной из того же мультфильма.
— Я обязательно вымою ее перед тем, как вернуть, — говорю я, почему-то чувствуя сдавливание в горле как перед слезами. Я слишком романтична, конечно, но так хочется видеть в этом жесте что-то большее, чем просто купленные в одном магазине термокружки из одного набора.
— Она твоя, не нужно возвращать, — улыбается Андрей. — Надеюсь, ты любишь этих желтых чудиков.
— Уже да, — расплываюсь в улыбке в ответ. — Спасибо. Правда… спасибо.
Он с таким видом отмахивается, как будто принес в подарок дохлого жука в пустом спичечном коробке.
Сова уверенно берет его за руку и тянет за снежные ворота.
