В днотонном звуке и то пиликал, то затихал призывный сигнал, подталкивая к ответу. Клава же смотрела в экран, где стрелочка указывала точку входа для ответной реакции на это необычное требование. Тайна формулы любви скрывалась за этим незаметным кодом.
– Насколько мне известно, лучше ничего не трогать и ни к чему не прикасаться, пока не приедет полиция, – произнес профессор деловитым тоном, обводя разгромленную комнату более внимательным взглядом.
– Не надо полицию, – отказалась Клавдия. – Зачем полицию?
– Клавдия, – принялся объяснять ей Марк, – в квартиру вломились злоумышленники, явно что-то искали и, скорее всего, ограбили. Этим должны заниматься компетентные органы. Проводить следствие и задерживать преступников – их обязанность. Что здесь непонятного?
– Да ничего они не украли, – отмахнулась Клавдия, совершенно и окончательно успокоившись, и неосмотрительно добавила: – И точно не нашли то, что искали.
– Та-а-ак, – протянул профессор, острым взглядом изучая ее, и отчитал: – Я, кажется, спросил: «Что происходит?». И, как я понимаю, ты точно знаешь ответ.
– Знаю, – кивнула Клавдия, вздохнула безнадежно и пожаловалась: – Есть хочется. Давай что-нибудь придумаем?
– Полиция? – уточнил ровным, деловым тоном Марк.
– Нет, – покачала головой Клава.
– Тогда найди тут среди этого… – покрутил он неопределенно рукой и отдал распоряжение, – то, что тебе понадобится на несколько дней, и соберись.
– Куда? – не сообразила она.
– Клавдия, – произнес Марк тоном преподавателя, уставшего повторять одно и то же нерадивому ученику. – Я понимаю, ты испугалась, сильно переволновалась, но не до такой же степени, чтобы совсем не соображать. Домой, конечно. Поживешь у меня, пока мы разберемся, во что ты угодила, и справимся с проблемой. Завтра вызову Ирину Константиновну, и вы с ней вместе наведете здесь порядок.
– Марк, – возразила Клава, – там Валерия. Ты же знаешь, я не остаюсь у тебя ночевать, когда ты с женщинами.
– Нет там никакой Валерии, – чуть насупившись, заверил он и проворчал: – Нечего обсуждать. Тебе нужна помощь в сборах?
– Не знаю, – снова выразительно вздохнула Клавдия.
Собралась она быстро, но только потому, что никак не могла сообразить, что ей надо взять из разложенных по полу вещей, – всё ходила, смотрела: то одно что-то вытащит, посмотрит, не понимая надо – не надо, то другое, пока Марк не прекратил это «ковыряние на барахолке», распорядившись:
– Так, все, хватит.
Как ни странно, но, осмотрев довольно внимательно дверь, Марк не обнаружил явных следов взлома, и даже более того, когда они запирали замки, то верхний, вечно капризничавший и заедавший, закрылся.
