В днотонном звуке и то пиликал, то затихал призывный сигнал, подталкивая к ответу. Клава же смотрела в экран, где стрелочка указывала точку входа для ответной реакции на это необычное требование. Тайна формулы любви скрывалась за этим незаметным кодом.
А вот со всем остальным…
Сначала Марк Светлов в присущей ему манере прямолинейно поинтересовался, взяв бутылку в руку и рассматривая этикетку:
– Нет, это, разумеется, замечательно, что работа удачно завершена и большой гонорар, но с чего ты пить-то вознамерилась, Клавдия? Первый, что ли, твой хороший гонорар и достойно сделанная работа? К тому же не ты, ни я алкоголь не особо уважаем? А? – Он подозрительно посмотрел на нее взглядом своих чуть прищуренных темно-серых глаз через торжественно сервированный стол, над которым Клавдии пришлось потрудиться.
Она принялась что-то там невнятное разъяснять, растерялась, покраснела, сбилась с мысли и от неловкости махнула одним глотком полбокала шампанского, которое, прав был Марк Глебович, и на самом деле не очень-то и любила.
– Та-а-ак, – протянул Марк тоном строгого отца, застукавшего несовершеннолетнюю дочь за распитием спиртосодержащих напитков, и поставил бутылку на стол. – Клавдия, ты что, решила меня соблазнить, что ли? Я правильно все это понял? – спросил он строжайшим голосом, обведя накрытый стол рукой.
– Правильно, – задиристо ответила Клава. – Кто-то же должен из нас двоих это сделать. Ты меня не соблазняешь – значит придется мне.
– Нет не должен, – отрезал Марк, и в голосе его зазвучал металл. Он подробненько повторил ей то, что разъяснил год назад, чуть ли не слово в слово.
– То есть ты меня не хочешь, как женщину, я не вызываю у тебя желание? – пропустив все его слова мимо ушей, спросила о самом главном, мучившем ее весь этот год, опьяневшая в момент Клавдия.
– Я тебя хочу, и ты привлекаешь меня, как женщина, – жестким тоном, очень строго и холодно произнес Светлов. – Но ты для меня гораздо важней, чем сексуальный партнер. Ты самый близкий и самый важный мне человек, ты мой друг, и терять эту дружбу и тебя я не намерен.
– Так мы ее и не потеряем, мы просто станем парой, – настаивала на своем Клава.
– Нет. Я все уже объяснил: интимная близость не длится долго, и люди в большинстве случаев расстаются.
– А мы будем тем самым меньшинством, – упорствовала Клавдия.
– Нет. Мы не станем рисковать, – произнес он тем самым своим тоном, после которого было категорически бесполезно спорить.
Клавдия прекрасно знала эту его манеру – он же упертый, он всегда добивается своего, если что-то решил, порой просто из принципа, иногда даже во вред самому себе.
Настаивать бесполезно. Всё. Это железное и окончательное решение. Точка личным почерком Марка Светлова.
