В днотонном звуке и то пиликал, то затихал призывный сигнал, подталкивая к ответу. Клава же смотрела в экран, где стрелочка указывала точку входа для ответной реакции на это необычное требование. Тайна формулы любви скрывалась за этим незаметным кодом.
– Но… – растерянно произнесла мадемуазель Невская и повела рукой в сторону запертой двери, – я не могу вас принять, у меня назначена другая встреча. – И выдохнула: – Простите.
– Я понимаю, – великосветски улыбнулась уголками губ мадам Карно, – у вас договоренность с госпожой Карелиной. Уж простите великодушно мое любопытство, но я навела о вас справки в издательстве и знаю, что вы сейчас работаете над ее мемуарами. Но, надеюсь, госпожа Карелина простит вам небольшую задержку, если я стану ее причиной.
– Думаю, что простит, – как-то моментално пришла в себя и успокоилась Клава.
А что, собственно, трепетать? Ну, да обалденная женщина откуда-то оттуда из высших сфер, и что? А и ничего. Ну сфер, так и бог бы с ними.
– В таком случае я приглашаю вас в кафе на чашку кофе. Тут у вас рядом с домом вполне приличное заведение.
Рядом с их домом приличных заведений пруд пруди.
Внизу на площадке у парадного ждал охранник мадам Карно, совершенно не шаблонный типаж – никакого черного костюма и бритой головы – крепкий, жилистый, движения скупые, плавные, светлые свободные брюки на ремне, рубашка-поло и льняной летний пиджак сверху, дорогая прическа и незапоминающаяся внешность.
Такой добросовестный правильный охранник.
От кофе Клавдия отказалась, заказав себе свежевыжатый сок.
Заказ принесли почти мгновенно.
– Скажите, Клавдия, вы знакомы с неким господином Лощинским Эммануилом Леонидовичем?
– М-м-да. – Подумав пару секунд, Клава поняла, о ком идет речь, но все же переспросила: – Адвокатом?
– Совершенно верно, – чуть кивнула мадам. – Насколько хорошо вы с ним знакомы?"
"– Ни насколько, – удивилась вопросу Клавдия.
