Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере......
Они миновали здание вокзала и вышли на привокзальную площадь. В тени деревьев Марина заметила шеренгу автомобилей. К ним и направился Арсен.
– Вот наша машина. – Он остановился возле темно-зеленой, почти черной «Нивы-Шевроле». – Она принадлежит фруктовой компании, где работает Виталий. И он не позволяет чужим людям садиться за руль. Но сегодня сделал исключение, чтобы встретить Марину.
Объяснение прозвучало для Сабрины. На Марину он даже не посмотрел, словно после отказа выпить кофе она окончательно перестала для него существовать.
«Ну и пусть, – подумала она, – мне-то с чего расстраиваться? Главное, что довезут до Гагр, а все остальное – дело десятое!»
Арсен положил в багажник их вещи, затем открыл заднюю боковую дверцу машины и сделал приглашающий жест.
– Добро пожаловать на посадку, сударыни!
– Я – рядом с водителем. – Сабрина рванулась к передней дверце, но Арсен покачал головой.
– Простите, но это мое место. Виталий сам пересядет за руль, иначе нас не пропустят на границе. И уступить свое место я никак не могу.
– Не положено? – надулась Сабрина. – Кем не положено? Я привыкла ездить рядом с водителем.
– В Абхазии рядом с водителем обычно возят шлюх, – вкрадчиво заметил Арсен. – Вы на это намекаете?
Сабрина побагровела, открыла рот, но Арсен продолжал как ни в чем не бывало:
– Тогда, быть может, вам следует нанять такси? С ветерком вас домчат до Гагры, причем по цене билета от Москвы и обратно.
– Какой вы жестокий, – надула губки Сабрина и взгромоздилась на сиденье рядом с Мариной.
Арсен занял место водителя и обернулся к женщинам.
– Устроились? Можно ехать?
– Да, – кивнула Марина, – все нормально.
Сабрина коснулась ладонью его плеча, похоже, игривое настроение снова вернулось к ней. Ее пальцы быстро прошлись по колючей щеке водителя и шутливо дернули его за ухо.
– Нехороший мальчик, но маленькая ведьма его прощает. – Она покосилась на Марину и отняла руку. – Мы вас благословляем, Арсен. Надеюсь, вы понимаете, какой драгоценный груз везете?
– Драгоценнее некуда, – усмехнулся он и повернул ключ.
Мотор заработал, машина тронулась с места. Арсен включил магнитолу.
Белый снег сияет светом,
Черные глаза... —
раздалось из динамика, и Марина судорожно перевела дыхание."
"Только сейчас она почувствовала, что сковавшее ее напряжение окончательно отпустило ее. Чего она разволновалась? Сабрина в своем репертуаре! Осваивает жизненное пространство и явно уже нашла кандидата в любовники.
