Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере......
Например, как я тебе диплом купила, как в аспирантуру к Аркадию Сергеевичу устроила... Ой!
На этот раз затрещина была еще сильнее, потому что мачеха ничком упала на кровать, а потом, скуля от боли, медленно сползла на пол.
– Блядь! – выругался Молодцов. – Ты еще повой мне!"
"Тупой удар! Кажется, Молодцов очень сильно пнул ее. Мачеха глухо вскрикнула. Опираясь о пол руками, она попыталась встать на колени, но новый удар свалил ее окончательно. Теперь удары следовали один за другим. Молодцов вошел в раж и все пинал и пинал, похоже, уже бесчувственное тело, потому что мачеха не сопротивлялась, не вскрикивала и не стонала.
«Боже! Боже! – твердила про себя Марина, прикусив зубами ладонь. – Он же ее искалечит!»
Но впереди ее ждало еще большее потрясение. Шумно дыша и матерясь сквозь зубы, Молодцов наконец оставил свою жертву в покое. Однако в следующее мгновение он снова склонился над ней и поднес к ее виску пистолет с глушителем. Хлопок! Голова мачехи дернулась... Марина зажмурилась и изо всех сил стиснула зубы, чтобы не завопить от ужаса.
Молодцов продолжал возиться возле кровати. Остро пахло порохом и свежей кровью. Марина осторожно приоткрыла глаза, стараясь не смотреть на то, что недавно было лицом мачехи. Теперь это была маска. Страшная уродливая маска!.. Только Руслана Яковлевича это как будто не расстроило. Стоя на коленях возле тела убитой, он деловито открутил глушитель, протер пистолет носовым платком и затем вложил его в руку мачехи.
А что будет, если он обнаружит ее, Марину, под кроватью? Она помертвела от страха.
Марина сжалась в комок, не зная, что предпринять. А Молодцов, похоже, возился с компьютером. Он что-то бормотал себе под нос, чем-то позвякивал, очевидно, снимал крышку процессора. И страх внезапно прошел.
