Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере......
Волны набирали силу и уже докатывались до того места, где они только что сидели. Весь горизонт заволокло тучами, море отливало ртутью. Усилились запахи, приторные до тошноты. Марина вдохнула воздух полной грудью, но лучше ей не стало. Вдобавок заломило в висках, возможно, из-за того, что она наглоталась морской воды, но скорее всего, что переборщила с вином и солянкой. За ужином она выпила три или четыре приличных бокала вина и незаметно управилась с огромной порцией солянки, очень ароматной и вкусной. Впрочем, все блюда были острыми: и омлет с помидорами, и фаршированные перцы, и фасоль.
– Все за мой счет! – весело провозгласила она.
Марина с ужасом оглядела это изобилие. Обычно на ужин она съедала пару сосисок или вообще обходилась кефиром или йогуртом. А тут! Причем, когда она попыталась возразить, на нее с истинно кавказским темпераментом набросились и хозяева, и отдыхающие, которых она почти не запомнила ни в лицо, ни по именам.
Одно ее успокоило, что за столом и та, и другая сторона общались по-свойски. Виталий взял на себя роль тамады. Длинные тосты провозглашались один за другим почти без остановки. Краем глаза Марина заметила, что Сабрина, которая, как ни билась, не сумела занять место рядом с Арсеном, уже завладела вниманием высокого крепкого парня с выцветшими от солнца волосами и татуировкой на правом предплечье. Парень чуть ли не пускал слюни в низкое декольте Сабрины, а она прижималась к нему плечиком, терлась носиком о его татуировку, но по взглядам, которые она бросала на Арсена, Марина поняла, что весь спектакль предназначен для него одного.
Арсен же сидел рядом с Анжелой и весь ужин весело пикировался с ней. Ему вторил Виталий, у которого оказалось поразительное чувство юмора. Сдобренное легким кавказским акцентом, оно придавало особый шарм его шуткам в адрес гостей и собственной супруги. Марина сначала стеснялась незнакомой компании.
