Автор
В Формуле одиночества Марина погружается в ночной мираж - бескрайнее море, захватывающее жаром и чуждым спокойствием. Плавание по белому песку под лазурным небесным сводом привносит острое ощущение разлуки, когда каждое движение кажется последним. Тихие облака не могут утешить от жары и одиночества, заставляя думать: где-то в голове должна была бы быть мысль о кондиционере......
– Игорь уже приехал! Давайте живее!
– Сейчас, сейчас, – высунулась из окна женщина лет сорока в очках и в пестрой панамке. – Вадик пошел в душ, вот-вот вернется.
– Он что, раньше не мог сходить в душ? – рявкнул Жора. – Вечно вы ни мычите, ни телитесь! Из-за вас придется ехать в самую жару!
– Жора, не кипятись! – Игорь покинул машину и вслед за Катей вошел во двор. – Все равно еще не все подошли! Подождем немного! – Он посмотрел на Марину. – А ты завтракала?
– Нет, – ответила она, – но мне что-то не хочется!
– Это сейчас не хочется, – назидательно сказал Игорь, – давай иди, Катя тебя накормит, а то проголодаешься по дороге.
– До темноты? – удивилась Марина. – А когда же мы вернемся?
– Завтра. – Игорь посмотрел на нее с не меньшим удивлением. – Разве я не сказал, что мы отправляемся с ночевкой?
– Не-ет, – растерялась Марина. – Получается, мы уезжаем на два дня?
– Ну да. – Игорь почесал затылок. – Я думал, ты знаешь. Но если не хочешь, оставайся.
– На два дня? – Марина покачала головой. – Тогда у меня останется всего три неполных дня, чтобы покупаться в море. – Она разочарованно посмотрела на Игоря. – Как жалко! Мне очень хочется в горы, но два дня – это слишком.
– Смотри сама, – Игорь сдвинул панаму на затылок, – я никого не заставляю.
С минуту Марина прикидывала, как ей поступить, и наконец решительно произнесла:
– Я еду! Бог с ним, с морем!
– Отлично! – обрадовался Игорь и крикнул: – Ора, Арсен, где ты?
Марина внутренне сжалась.
– Привет, – весело отозвался он и приглашающе махнул газетой на дверь своей комнаты. – Заходи!
Игорь быстро поднялся по лестнице и хлопнул Арсена по плечу. Тот что-то быстро сказал ему по-абхазски, и они скрылись в комнате.
Жора тем временем направился в душ и принялся стучать в дверь и громко кричать:
– Вадик, черт тебя побери! Мы уже отъезжаем.
Из душа раздалось недовольное ворчание. Дверь распахнулась, и наружу вышел паренек лет пятнадцати, с серьгой в ухе и еще одной – в губе, с мокрым полотенцем на шее. Одет он был в черные джинсы и майку. На майке Марина разглядела белый череп, который пересекали похожие на струйки крови огромные багровые буквы.
Она прочитала: «DAMN IT!» и усмехнулась. Вот именно, «Damn it!».
