Автор
Вокруг Бенедикта Фруста царит атмосфера непредсказуемого рока — он буквально бьется между стремлением подняться по служебной лестнице и чувством глубокого соблазна к тому, что кажется ему несовместимым. В лондонских доках воздух полон гнетущего аромата старой рыбы и дыма горящего угля, а сердце мальчика-моряка охватывает непостижная тайна — как его жизнь могла так быстро измениться?...
А этому молодому человек не следует здесь находиться.
Джорджетта уже была готова броситься наутек, но тут Хьюго снова схватил ее за воротник.
– Вот видишь? Он хочет удрать, чтобы не отвечать за последствия своего обмана. Ни одному слову, которое срывается с его губ, нельзя верить. «С прекрасных губ», – мысленно добавил Хьюго. Ему не верилось, что эта девушка смогла ввести кого-то в заблуждение своим мальчишеским нарядом. Но, может быть, люди просто видели то, что ожидали увидеть?..
Массивное золотое кольцо лорда Хьюго произвело, как обычно, должное впечатление, и пожилой мужчина, взглянув на Джорджетту, проговорил:
– Послушай, парень, я не могу вмешиваться в дела лорда.
Хьюго потянул девушку за воротник и поднял на ноги. Она ухитрилась пнуть его в лодыжку, и тогда он снова угрожающе занес руку над ее кепкой.
– Джорджи, пошли же. Давай не будем устраивать здесь спектакль.
Хьюго потащил Джорджетту за собой, но тут она, упершись пятками в землю, закричала:
– Подождите! Мой сундук!.
– Ну так пойдите и возьмите его, – проворчал Хьюго.
Девушка скрестила руки на груди.
– Вы что же, милорд, не собираетесь мне помочь?
– Джорджи, но ты же большой и сильный парень, можешь и сам его нести.
В ответ Джорджетта едва заметно улыбнулась – уголки ее рта чуть-чуть приподнялись. И поэтому Хьюго взялся за ручки сундука, когда она дотащила его к нему из зоны ожидания.
"Через несколько минут кучер спрыгнул на землю и помог им погрузить сундук. Они поднялись в экипаж и сели на мягкие, обитые бархатом подушки друг против друга. В этом интерьере маскировка Джорджетты выглядела еще более жалко – поношенный мальчишеский наряд совершенно не подходил к ее фигуре.
Когда карета тронулась с места, Хьюго спросил:
– Где вы взяли деньги на билет?
Вопрос прозвучал довольно резко, и Джорджетта, чуть приподняв бровь, проговорила:
– Я же украла у моей умирающей матери серебро, не помните?
Хьюго бросил на нее свирепый взгляд. Она закатила глаза и тихо сказала:
– Я накопила достаточно денег, чтобы купить билет и эту одежду. Кузина Мэри мне немного платила.
– Но недостаточно.
