Автор
Вокруг Бенедикта Фруста царит атмосфера непредсказуемого рока — он буквально бьется между стремлением подняться по служебной лестнице и чувством глубокого соблазна к тому, что кажется ему несовместимым. В лондонских доках воздух полон гнетущего аромата старой рыбы и дыма горящего угля, а сердце мальчика-моряка охватывает непостижная тайна — как его жизнь могла так быстро измениться?...
Она должна была показывать ее, чтобы все всполошились и повалили сюда охотиться за соверенами.
– Но зачем? – удивилась Шарлотта.
– Новые лица легче скрыть среди других новых лиц. Кто обратит внимание на четырех незнакомых мужчин, если в деревню приедет еще человек сто?
– Неплохо придумано, – заметил Лайлак. Он какое-то время молчал, внимательно слушая вопросы, которые Бенедикт и Шарлотта задавали арестованному, а теперь начал действовать. – Имя? – Сыщик пристально взглянул на парня.
– Смит. Джон Смит.
Шарлотта закатила глаза.
– О боже, снова Смит…
– В смерти Нэнси Гофф замешаны все четверо? – продолжал Лайлак.
– Нет, только я один. Все четверо участвовали в краже из монетного двора.
Карманы у Лайлака, казалось, были бездонные – теперь он извлек из них блокнот и огрызок карандаша.
– Значит, четверо… Очень хорошо… Выходит, ты и твои сообщники украли золотые соверены стоимостью в пятьдесят тысяч фунтов и во время ограбления застрелили четверых охранников. Я правильно понял?
– Не стрелял я из пистолета! Я никогда не пользуюсь пистолетом!
Лайлак вперил в арестованного строгий взгляд.
– Но ведь это не делает тебя невиновным, верно?
Парень посмотрел на свои наручники.
– Наверное, не делает.
– Зачем вы украли золотые соверены до того, как их выпустили в обращение?
– Я не знал, сколько они стоили. И вообще, я думал, что из монетного двора что ни укради, – все будет дорогое. Мы узнали, что взяли, только тогда, когда ушли и открыли эти сундуки.
– И принесли украденные деньги сюда?
Арестованный пожал плечами.
– Я вырос тут неподалеку. В этих краях много мест, где можно что-нибудь спрятать. Здесь тихо… и от Лондона далеко.
– И теперь деньги здесь, в конюшне?
Парень нахмурился и, покосившись на Бенедикта, пробурчал:
– Должны быть здесь. Но мы несколько раз их перекладывали с места на место, так что точно не знаю.
– Занятно, – прошептала Шарлотта.
– Сначала они лежали в леднике на земле того богача, что живет тут рядом, но стало теплеть, да еще смотритель стал слишком часто бродить вокруг, проверяя, не зашли ли на землю чужие. Так что золото пришлось перепрятать.
Шарлотта вспомнила, как видела какую-то троицу, проходившую через земли Селвина. Она тогда очень испугалась, потому что один из них напомнил ей Рэндольфа.
