Автор
Вокруг Бенедикта Фруста царит атмосфера непредсказуемого рока — он буквально бьется между стремлением подняться по служебной лестнице и чувством глубокого соблазна к тому, что кажется ему несовместимым. В лондонских доках воздух полон гнетущего аромата старой рыбы и дыма горящего угля, а сердце мальчика-моряка охватывает непостижная тайна — как его жизнь могла так быстро измениться?...
Капитан же относился к ней всего лишь с симпатией, которую собака проявляет к любому, кто с ней хорошо обращается. И отношение Мэгги к Шарлотте было примерно таким же – то была симпатия ребенка к родственнице, которую малышка едва знала. И вот Шарлотта решила, что если она сможет сделать так, чтобы Капитан ее полюбил, то, возможно, Мэгги последует его примеру.
– А можно мне бросить для него палку?! – крикнула она.
Мэгги замялась. Отбросив упавшую на лицо прядь волос, ответила:
– Тетя Шарлотта, я еще сама не наигралась.
Шарлотта улыбнулась, скрывая боль, столь часто терзавшую ее.
– Ладно, хорошо. Ты замечательно бросаешь.
Подбросив вверх палку, Мэгги ловко поймала ее и подбежала поближе к Шарлотте.
– Я научила его разным трюкам, – сообщила девочка. – Хотите посмотреть? Он умеет ложиться всякий раз, когда я ему говорю.
«И во многих других случаях тоже», – подумала Шарлотта, глядя, как старая гончая, утомленная пробежкой, валяется на траве.
– Ой, смотрите! Наверное, Капитан услышал, что я сказала! – Мэгги отошла от Шарлотты и снова подошла к собаке.
Собака нехотя поднялась. И в тот же миг дверь дома открылась, и на крыльце появился Бенедикт.
– Эта собака старше меня по званию, – сказал он с улыбкой. – Думаю, я должен отдать ей честь.
Шарлотта тоже улыбнулась.
– О, мистер Фрост, не думаю, что для Капитана важно, отдадите ли вы ему честь или нет, но Мэгги это понравится.
– Ваша матушка еще не готова расстаться с ноктографом и вернуть его мне.
– Да, конечно. Если хотите, можете сесть рядом со мной. Я расстелила на траве шаль."
"Мистер Фрост спустился с единственной ступеньки и тотчас же – без малейших колебаний – направился к ней. Он был поразительно наблюдателен и очень хорошо все запоминал. Казалось, ни одна подробность не оставалась незамеченной или забытой. Этот слепой человек прокладывал свой путь в мире зрячих с необычайной уверенностью.
Он опустился на шаль рядом с ней, и в тот же миг Шарлотта почувствовала стеснение в груди, и даже дышать стало трудно.
– Мисс Перри, – прошептал Бенедикт, – перед тем как выйти из дома, я утащил из кухни говяжий хрящик.
