Автор
Фотограф смерти устрашенно поднимается над городом, каждое его сжатое мгновение означает окончание жизни объекта для портретов. Глубокая темнота ночи дышит яркими красками вулкана, раскаивающегося в бесконечных бурях. Анюта, художница-любительница, видит нечто прекрасное — будущее на полотнах своего мужчины-фотографа, который идет по ужасному пути....
А часы утверждали, что вечность эта уместилась в три минуты. Закончилась она с сухим пощелкиванием каблуков по полу. Приблизившись на расстояние трех шагов, Анна замерла.
– Что? – спросила Дашка. – Я его не убивала.
– Я ухожу.
– Иди.
Катись к чертовой матери и оставь Дашку в покое.
– Вы не поняли. Я совсем ухожу. Увольняюсь.
Следовало ожидать. Странно, что она продержалась так долго. Верная собачонка на страже имущества. Вот хозяину на имущество насрать. Так почему Дашка дергаться должна?
– Мне жаль, – продолжила Анна.
– Я закрою контору, – перебила Дашка, открывая левый глаз.
– В данных обстоятельствах – это не самое худшее решение. Происшествие привлечет внимание, и…
– И польется дерьмо на наши головы.
Дашка представила желтушные заголовки. «Патологоанатом-некрофил погиб зловещей смертью». Или вот еще: «Месть мертвеца». Как вариант: «Смертельная любовь».
Весело будет.
Дашка поднялась и пригладила волосы. Голова гудела жутко. Выпить бы. Кофеечку. А лучше – кофеечку с коньячком для тонуса и ясности мышления. Но коньяка в «Хароне» точно нет.
Анна ждет. Чего? Признания в любви? Подписи под заявлением об уходе? Или уговоров? Не станет Дашка ее уговаривать.
– Чего ты от меня хочешь?
На прямой вопрос Дашка получила очередной обтекаемый ответ:
– Вы сами знаете.
Еще бы знать, что с этим знанием делать.
– Идемте, – Анна повернулась на каблуках.
Песок. Окурки. Фантик от конфеты и жевательная резинка у порога. Мелкий человеческий мусор, которому не место в обители скорби. А девчонку все-таки похоронят. С запозданием. Это как в аэропорту: «Рейс откладывается». И терпеливые пассажиры дремлют на пластиковых стульях. Правда, нынешним пассажирам придется заплатить и за терпение, и за молчание.
Главное, чтоб до суда дело не дошло.
– Поддельный паспорт. Поддельный диплом. Поддельное резюме.
– Умение.
Пояснить соизволила, лишь когда оказалась снаружи.
– Тело было в ужасном состоянии. Множественные переломы, ссадины, разрывы. Лицо… о лице как таковом речи не шло. А он сумел восстановить. Не знаю, как, но… он точно знал, что делает. Я и не предполагала, что подобное возможно.
– Значит, умение…
Уже что-то. Умение с неба не падает. Следовательно, Николаша где-то его добывал. Оттачивал.
