Автор
В мире под мутными облаками и океанах распадающихся ледниками, старый Наумар пытается найти в себе силы продолжать жизнь после тридцати лет холодного затишья. Мир-океан снова просыпается, но с каждым днем становится все менее похожим на то, что он знал прежде.
В прошлой эпохе, разумеется.
Мы с корейцем едва ли не силой заставили Платона вступить в наш клан, давая старику возможность продержаться в мире живых чуть дольше за счет жизненной силы от способности плоти титира. Сколько-нибудь дней сверху ему это даст."
"Платон не стал тащить в свою комнату десяток красивых женщин в надежде умереть от оргазма в постели. Нет! Попросив ручку и бумагу у Присциллы, вечной секретарши Джинронга, он начал писать письма многочисленным знакомым. Всем, кого мог вспомнить в нынешней эпохе! Сходил в римские термы, устроенные в Храме Красоты.
Удивить старик все же смог, даже меня. Там, на арене, он познакомился со Светланой Рогозовой, ныне Светланой Голд, дамой преклонных лет, приходящейся мамой одному из моих сородичей. Платон стал всё свободное время проводить со Светланой, прогуливаясь с ней вдоль новой городской набережной. Молли, улыбаясь и фыркая, назвала его «романтиком старой закалки»
А на душе Платона наступила весна! Яркий мужской баритон разносился по улицам Иштара, цитируя по памяти даме сердца древнегреческие стихи и пересказы бесед с Аристотелем и Сократом, учеником и учителем Платона.
В тот вечер Джинронг прислал мне сообщение в личку.
— С каждым днем мне становится всё тяжелее смотреть в глаза старику. Его учения, яркий и не похожий на нас характер западают в самое сердце. Молли плакала! Он рассказал о том, что тело — не более, чем инструмент для воплощения души.
Я впервые не знал, что ответить на сообщение. И Джинронг это будто понял по молчанию в чате.
