С примерами некоторых случаев из прошлой работы кабальеро плаща и гитары.
Сказать, что он обалдел — ничего не сказать. Наконец Адриано смог собрать мысли в кучу, подобрать челюсть и выдавить:
— Шимановский, я всегда говорил, что ты — отличный сказочник. Никогда этого не отрицал. И сейчас у тебя просто суперсказка! Но вопрос, почему ты говоришь это МНЕ? Каким боком хочешь подписать на это МЕНЯ?
Искреннее недоумение в голосе и непонимание на лице.
— А подумать не бывает? — ехидно ухмыльнулся я.
— А в ухо? Хотя нет, я с тобой не справлюсь. Тогда… А не покатиться ли тебе к чёрту? — «озарило» его. — У меня и так мало времени, Шимановский.
— То есть ты хочешь сказать, у тебя нет врагов среди этого олигархического отродья? — зашёл я с козырей. — Ты хочешь сказать, что тебя, незаконнорожденного в ИХ понимании, полукровку в ИХ понимании, наполовину быдлянина, никогда никто не обижал? Не унижал? Ты хочешь сказать, что очутился в сраной школе генерала Хуареса, которая считается элитной, но элитной именно что для быдлян? Ты там оказался просто «по приколу», нравится тебе с безродными учиться? Так?
Кулаки Адриано зло сжались. Аж покраснел. Но взял себя в руки и выдавил:
Я подался вперёд и широко распахнул глаза. Прошептал, хотя более точно будет прошипел:
— Месть! А предлагаю тебе месть, Андрюша! То блюдо, которое едят только холодным, иначе не почувствуешь вкуса. Вонзить в спину стилет тому, кто кричал гадости тебе в спину, да ещё при девчонках. Кто дружной компанией выродков избивал тебя, поймав в углу элитной школы одного, зная, что ничего им за это не будет. Кто на приёмах в обществе бросал тебе обидные намёки чуть ли не открытым текстом, и все прекрасно понимали их и улыбались. Ты не хочешь наказать их? Не хочешь отомстить?
Что ж, Андрюша, я в тебе разочаровался. Думал, ты крутой чувак, у тебя были для этого предпосылки… Но люди ошибаются, видимо, и я ошибся. — Я поднялся, поправляя пиджак. — Пойду, наверное.
— Быстро сел! — рявкнул он и тоже подался вперёд. Глаза его засияли светом сверхновых. — Хорошо, Шимановский. Ты та ещё тварь, но убеждаюсь, что с тобой не только можно, но и приятно работать. А теперь давай пройдёмся по плану с подробностями?
Гортензия слушала внимательно. К ней я на радостях заехал в клуб, сидели в её кабинете. Прихватил с собой букет цветов, небольшой тортик и вина. Вино относительно уровня принцессы так себе, но я сейчас на мели — на что хватило. Заодно и отпраздновали сдачу первого настоящего экзамена. Какое-то время после изложения плана говорили ни о чём, она параллельно думала. Затем прямо спросила:
— Хуан, ты нормальный?
— Нет. И ты всегда это знала.
Озадачил. Снова задумалась. Наконец, сказала:
— У меня есть шанс тебя отговорить?
— Да.