— Да, сеньор Хьюстон. Я на громкой?
— Да, сеньор Октавио. Вас слышит весь зал и вся планета. Ваш сын…
— Знаю. Говорю же, слежу за первенством. — Пауза. — Я подтверждаю ставку сына. Клан Феррейра берёт на себя все взятые им обязательства.
— Спасибо, сеньор Феррейра.
Связь рассоединилась. — Сеньор Феррейра, — а это Себастьяну, — у вас в стеке миллиард империалов. Ваше слово?
Себастьян докурил, выкинул «бычок». Затем допил кофе.
— Вот значит как. А как же доверие к платёжеспособности VIP-клиента?
— При всём уважении, Себастьян, это СЛИШКОМ большие деньги для всего лишь наследника богатого рода. Попрошу без обид.
— Да нет, какие обиды, сеньор крупье! — А самого аж вело от ярости. Впрочем, Дерек в своём праве. Мы — сосунки и молокососы, а он может «отвернуть» в своём заведении любой чек в принципе. — Конечно, колл. Подтверждаю.
Себастьян положил карты на сукно рубашкой кверху.
— Но прежде чем открыть карты, разрешите задать вопрос сеньору Шимановскому… Хотя нет, не ему. Одной интересной сеньорите в этом зале. Я не знаю её настоящего имени, но у неё позывной Афина.
Зал зашушукался, а я напрягся. Неожиданно. Камилла выглянула из-за ближайшего помощника крупье из оцепления, мол, чё такое? Я пожал плечами и показал на сцену рядом с нами.
— Сеньорита Афина, попрошу! — продублировал мой жест и Себастьян.
Древняя богиня подошла, её по знаку Дерека пропустили.
Сеньорита, разрешите обратиться? Так нужно говорить по уставу? — оскалился сучёныш.
— Только личному составу младше по званию, — на автомате ответила она.
— Я извиняюсь за свою осведомлённость, но данная история просто напросто не является секретом, и рассказывается вашими девочками в увале, в городе. — Взгляд на меня, с блеском в глазах. — Сеньорита, когда сидящий передо мной юноша после тестового испытания очутился у вас на базе, он в первый же вечер вызвался играть в покер с вами, в вашей игровой. Помните тот день?
— Такое забудешь! — Камилла непроизвольно поёжилась.
— Сеньор Шимановский в тот раз под конец баталии поставил на кон неприлично много по вашим меркам. Кажется, сколько-то там желаний?
— Да, было такое. — Афина ни икса не понимала, смотрела на меня, но я сидел и равнодушно смотрел вперёд, осознавая, как именно загнал себя в ловушку Себастьян. Именно так — загнал себя. Он тоже так себе аналитик, тоже, как и я, ошибается. И соль в том, что сегодня просто не его день, а мой — я ошибся меньше, чем он.