Автор
Человечество стоит на пороге великих перемен. После столкновения с могущественной внеземной цивилизацией и войны с ксеносами мир погружается в хаос. Тайные организации множатся, боевые действия распространяются по галактике. В глубинах космоса человечеству предстоит найти своё место и...
— И тебе не требуется помощь тех, у кого нейросети образца Кирин? Они заточены на работу с такими штуками в режиме ускорения.
— У нас есть необходимые специалисты. Впрочем, само собой мы позовём Анну при необходимости. А назначение… пока сложно сказать. Но мы получаем список модулей…
— Переводчики немного ошиблись. Это не «Последняя Цитадель», — заключила Анна. — Это «Путь к Последней Цитадели». Такая технология кое-где упоминалась. Это генератор червоточины.
Я присвистнул — крутую штуку мы нашли.
— Миссис Шард, это нечто вроде врат ассоциации? — спросил один из учёных.
— Нет, не совсем, — Анна цокнула, и начала ходить туда-сюда. — Как бы сказать. Это не та теоретическая червоточина, которая складывает две точки пространства. Он создаёт тоннель через подпространство, но как бы… через нижние слои. Мы летаем на самой границе с нормальным космосом, врата прокладывают через те же слои. А эта штука создаёт эффект Коха-Петермана!
Голос становился всё возбуждённей.
— Какой эффект? — спросила Сильвер. Аура вовсе попыталась остановить блуждания Анны и её прямо в скафе обняли.
— Так назвали то, что произошло с Эриком и остальным флотом при проходе через нестабильные врата!
— «Эффект Шарда» звучало бы лучше, — заметила Дарья.
— Согласна. Но Эрик тогда копался в инопланетных кишках, а я упустила момент! — засмеялась Анна. — Полёты на экстремально дальние дистанции — десяток тысяч световых лет за раз! Прицельно, создав точку выхода на том конце! С очень высоким коэффициентом сжатия пространства!
— Мы обязаны получить эту технологию, — сказал Вавилов.
Восторг Анны оборвался так же резко.
— Нет, мы обязаны её уничтожить.
— Что⁈
Все кто не потеряли дар речи, те задали этот вопрос. Потом вопросы посыпались наперебой, пока системной командой всех в коммуникационной сети этого канала не заткнул адмирал. Я вывел на визор окно с именами включённых в активный канал. На всех, кроме Анны, Чернова и говорящего Вавилова появился запрет говорить.
— Прекратить балаган. Анна, какого демона вы только что сказали?
— Посмотрите на пространство вокруг станции, неужели не изучали данные? Как давно запускалась эта станция? Сколько столетий прошло? Это моя догадка, но даю девяносто процентов, что она истинна. Каждое использование червоточины приводит к катастрофическим последствиям. Полагаю, в особенности в точке входа. Простите за пафос, но она буквально разрывает реальность, кромсает, проделывая в ней огромную дыру в глубины иного измерения.
