— Миленький… Послезавтра мне их нужно забрать из клиники. Так что — поехали домой.
— ""А у меня больше нет дома"", — разводит руки. — ""Я птица вольная. Куда хочу — туда лечу"".
— Похвально, что ты помнишь советские мультики. Но давай твой путь будет проложен через Лондон, — приседает перед ней на корточки.
— Я всё равно через месяц в Нью-Йорк переезжаю, — проговаривает она тихо.
От неожиданной новости уставился на них.
После медового месяца мы с Юлькой тоже на год собирались уехать в Нью-Йорк. У неё там какая-то дизайнерская практика, она занимается оформлением интерьеров.
А у меня — контракт с рекламной и звукозаписывающей компаниями на выпуск англоязычного альбома в сотрудничестве с американскими артистами.
Через четыре дня я должен быть и в Лондоне, оговаривать все детали фита с европейским популярным диджеем.
Фалькон делает мне знак рукой, чтобы ушёл. Послушно удаляюсь.
— Уложил её спать, — подходит ко мне Мишка спустя полчаса и опирается боком на стекло панорамного окна. — И вот так месяц.
Отлавливаю её по разным городам и странам.
Я усмехаюсь.
— Что дальше с ней будешь делать?
— Без понятия… — вздыхает он. — Я даже охрану к ней приставить не могу. Увольняет всех нахрен и сбегает.
— Найди того, кто не будет её слушаться.
— Где? Там же все исполнительные, — делает ударение на последнем слове. — Мне хотя бы на две недели… Потом будет к переезду готовиться — ей не до гулянок будет.
— Навсегда в Штаты?
— Нет… Пока на полгода или год. Мы получили разрешение на открытие магазинов там, она хочет контролировать всё лично.
И её на сезон пригласили ведущей какого-то модного шоу.
Я встаю в метре от него, прислонившись спиной к прохладному стеклу.
— Хочешь, я за ней присмотрю? — задаю неожиданный вопрос.
— Ты? У тебя свадьба через месяц, — удивляется он.
— Через месяц же. А тебе две недели надо. К свадьбе и без меня отлично приготовятся. Мне всё равно в Лондон лететь на запись.
— Не боишься?
— Её? — киваю в сторону комнаты, в которой спит Сэл. — Боюсь. Ты же знаешь, что она с пулей в голове.
— Я не про это…
— Как раньше уже не будет… — скрещиваю руки на груди. — Она смотрит на меня, как на какого-то червяка.
— Ты сам виноват.
— Самое обидное, что ни в чём я не виноват… — опускаю обречённо руки.
— Не понял…
— Это всё подстроили. Мой бывший директор Иван. Помнишь такого?
— Припоминаю… — кивает.
— Когда я заявил, что собираюсь переехать к Сельванне в Лондон, он решил, что курица, которая несёт золотые яйца от него сбегает.
