Хотя нет, хорошо, что сегодня суббота — в будний день старшие полным малым кругом так быстро бы не собрались, сидели бы, нервничали до самого вечера, пока тетки не освободились бы…
Они ушли, и некоторое время еще были слышны заверения Людмилы, что у них в фельдшерско-акушерском пункте все самое лучшее и самое совершенное из возможного, и вообще, волноваться не о чем и бояться тоже нечего — у них в Виноградаре для беременных сделают все возможное.
“И кое-что из невозможного”, — добавил я про себя, и спохватился, что Катя с Андреем ушли, а я, ориентируясь на Червону, отстал.
Дернулся встать из-за стола и догнать своих, но тетя Маша остановила меня изумленным возгласом:
— А ты куда?! Давай руку.
— Зачем? — Напрягся я.
— Зачем? — Насторожилась Червона.
— Да что за разговорчики? — Возмутилась старая гадалка. — Сказано — давай руку! И ты, Ванька, тоже!
Я,сцепил руки в замок. Подавив желание спрятать руки за спину или, и вовсе, сесть на них — просто на всякий случай.
— Тетя Маша! Тетя Маша, я вам говорила! Я вам сразу человеческим языком сказала: это не мой мужик! Это сам по себе мужик — при Катерине Теплеевой моральной и силовой поддержкой! Чего вы придумали? Какие вам руки? И вообще, нам пора — мне еще стрелку искать, указатель на проклинательницу клиентам делать, так что, до свидания, спасибо всем за помощь, а мы, пожалуй, пойдем…
— Да погоди ты! — Досадливо поджала губы тетя Маша. — Что за молодежь пошла, слова им не скажи… Не надо ничего искать, есть у меня стрелка, одолжу.. Поскакала она куда-то, вы посмотрите! А обязательные процедуры проводить, а? Забыла?
Червона фыркнула с независимым видом:
— Как будто я сама не провела бы!
У всех без исключения теток лица стали постные, и на них буквально хором читалось: “Знаем мы, как ты бы провела!”
— Вставай, — скомандовала мне тетя Маша.
— Зачем? — Настороженно уточнил я, бросив взгляд в сторону своей спутницы.
Червона молчала, из чего я делал вывод, что опасность мне не угрожает. Вроде бы. Но подчиняться все равно не спешил.
— Ты, милок, не упирайся. — ласково-угрожающе порекомендовала тетка. — Вставай-вставай, вреда тебе в том не будет, может, и хорошего чего получится…
Я посмотрел на Червону. Червона взглянула на меня с укором — мол, чего меня позоришь?
Поколебавшись, я пошел на уступки:
— Хорошо, я встану. Но вы мне объясните, для чего вам нужны были наши руки.
— Тоже мне секрет великий, — фыркнула тетя Маша.