В свете заката Форд-мустанг, приближаясь к УКАТО, привлекал всеобщее внимание. Старлинг без сознания лежал в машине, когда его заметили сотрудники отдела. Но это лишь начало — настоящий разрыв между жизнью и смертью ждет внутри этого атмосферного и таинственного учреждения....
Однако на всякий случай, защищая себя от дурного глаза, сардинец перекрестился.
— Привет, Мейсон, — бросил доктор Лектер в камеру; за Мейсоном на фоне аквариума виднелся силуэт Марго. — Добрый вечер, Марго, — продолжил он гораздо более вежливым тоном. — Очень рад снова с вами встретиться.
Судя по четкости его речи, доктор Лектер пришел в себя уже довольно давно.
— Приветствую вас, доктор Лектер, — раздался хрипловатый голос Марго.
Томмазо нашел выключатель расположенного над камерой прожектора и врубил свет.
Поток яркого света всех ненадолго ослепил.
— Доктор, — сказал Мейсон своим сочным радиоголосом, — через двадцать минут мы подадим свинкам первое блюдо. Этим блюдом явятся ваши ноги. После этого мы устроим небольшую вечеринку в пижамах — вы и я. Впрочем, к тому времени вам, наверное, придется носить шорты. Корделл обещает продержать вас живым достаточно долго…
Мейсон продолжал говорить, но на мониторе возникло лицо Марго, которая, видимо, хотела получше рассмотреть то, что происходит в амбаре.
Доктор Лектер покосился на экран и, убедившись, что Марго его видит, звенящим металлическим шепотом произнес почти в самое ухо Карло:
— Твой брат Маттео вонял даже хуже, чем ты сейчас.
Карло запустил руку в задний карман и извлек из него электрический щуп для скота. В ярком свете прожектора все увидели, как он поднес его к голове доктора Лектера. Подняв одной рукой голову пленника, Карло нажал кнопку высокого напряжения и поднес щуп к лицу доктора.
— Мать твою… — взревел он и ткнул доктора Лектера щупом в глаз.
Ганнибал Лектер не издал ни звука, звук раздался из динамика. Мейсон, насколько ему позволял респиратор, взревел что-то невнятное. Томмазо, собрав все силы, оттащил Карло от его жертвы, усадил в плетеное кресло и делал все, чтобы соотечественник не мог подняться.
— Ослепишь его, и нам не видать никаких денег! — кричал он в ухо Карло."
"Доктор Лектер тем временем опустил жалюзи в окнах Дворца памяти, чтобы глаза отдохнули от слепящего света.
А здесь, в амбаре, доктор Лектер повернулся лицом к видеокамере и произнес ясным голосом:
— Я не ем шоколада, Мейсон.
— Сукин сын свихнулся. Мы с самого начала знали, что он сумасшедший, — сказал помощник шерифа Мольи. — Но Карло тоже психопат порядочный.
— Ступай туда и стань между ними, — распорядился Мейсон.
