В свете заката Форд-мустанг, приближаясь к УКАТО, привлекал всеобщее внимание. Старлинг без сознания лежал в машине, когда его заметили сотрудники отдела. Но это лишь начало — настоящий разрыв между жизнью и смертью ждет внутри этого атмосферного и таинственного учреждения....
Все происходящее за стеклами машин привлекало внимание Старлинг (она опасалась мести Крипсов), однако молчаливое раздевание взглядом опасности не представляло.
Когда Барни и Старлинг входили в кафе, инвалидный автобус выкатился задом из подъездной аллеи и отправился в обратный путь.
Им пришлось ждать, пока не освободится место в отдельной кабинке. Заведение, где посетители заказывали в основном яичницу с беконом, было забито до отказа. Темноволосый официант что-то кричал повару на хинди. А повар с виноватым видом тыкал большими вилками в кусок мяса на гриле.
— Давайте подкрепимся, — сказала Старлинг. — Дядя Сэм платит. Как дела, Барни?
— На работе все в порядке.
— Чем занимаетесь?
— Старший санитар.
— Я думала, что вы уже фельдшер, что кончили медицинский колледж.
Барни пожал плечами, потянулся к молочнику и, глядя Старлинг в глаза, спросил:
— Они хотят наехать на вас за Эвельду?
— Посмотрим. Вы ее встречали?
— Видел однажды, когда к нам доставили ее мужа. Дижона… Он умер. Потерял много крови еще до того, как его сунули в карету.
— Не было необходимости, ее объявили мертвой на месте события.
— Я так и думал.
— Барни, после того, как вы передали доктора Лектера людям из Теннесси…
— Они с ним обращались очень грубо.
— После того, как вы…
— Они все уже мертвы.
— Знаю.
— Шесть. Два года он был там до меня.
— Как вам это удалось, Барни? Скажите, если вас не раздражает мой вопрос, как вы ухитрились пробыть рядом с ним столько времени? Ведь для этого одного вежливого обращения мало.
Барни внимательно изучил свое отражение в ложке — сначала в вогнутой стороне, а затем в выпуклой. Подумав еще немного, он ответил:
— Доктор Лектер обладал прекрасными манерами.
