– Стой, пся крев! Стой, Пилсудский недорезанный! Стой, там же бомба!
Однако кот, ловко обойдя тяжеловесного повара, уже влетел внутрь холодильника и тут же выскочил наружу, прижимая уши и волоча за собой неимоверных размеров связку сарделек, как маленький траулер тащит за собой по морю огромный трал, набитый сельдью или минтаем.
Вместе с сардельками полосатый террорист выволок из холодильника и ту самую тикающую коробку, которая послужила причиной всей окружающей паники.
Черная коробка, как в замедленном кино, пролетела полтора метра от полки холодильника до кафельного пола и ударилась о него со страшным сухим треском.
– Ой, мама! – вскрикнул видавший виды старший спасатель, схватившись за голову.
– Матка боска Ченстоховска! – выпалил в один голос с ним Сигизмунд Казимирович.
– Все, кранты! – подытожил боец МЧС Лопатин, роняя на пол ставший бесполезным мобильник.
Один только неустрашимый кот Збышек, не обращая внимания на весь этот переполох, улепетывал с кухни, таща за собой добычу.
Все так же медленно черная коробка разлетелась на две неравные части. Из нее выпала связка обыкновенных пальчиковых батареек с прикрепленной к ним мигающей лампочкой, целая груда разноцветного конфетти и игрушечный чертик, который подпрыгнул на кафеле и выпалил дурным механическим голосом:
– Сюр-приз! С днем р-рождения! Ха-ха-ха!
– Во, блин, дает! – протянул боец Лопатин, вытирая тыльной стороной ладони выступивший на лбу холодный пот. – Шуточки!
– Этот кот… – затараторил повар, снова стаскивая свою форменную куртку, – это не кот, это натуральный бандит пополам с террористом! От него одни неприятности! Только и следит, пся крев, где что плохо лежит! И ведь знает, подлец, что тащить! Он ведь, мерзавец, ни за что сосиски «школьные» не возьмет, знает, что в них ничего нет, окромя бумаги! Он ведь непременно говяжьи сардельки оприходует, потому как в них мясо натуральное! Нет, все, больше я в таких условиях не могу работать, непременно увольняюсь! Перехожу в интернат для трудновоспитуемых, там гораздо спокойнее!
– А ведь говорил я, – подал наконец голос старший представитель МЧС. – Говорил я, что ложный вызов! Ведь из десяти вызовов восемь – непременно ложные… Лопатин, саперы отменяются, без них обойдемся!
Едва Лола и Маркиз успели спрятаться за штору, как дверь кладовки открылась и в нее протиснулась необыкновенно толстая и приземистая женщина среднего пенсионного возраста в синем сатиновом халате и с ярким пластмассовым ведром в руке.
