В мире, где половые органы подвергаются неприемлемым экспериментам, героиня Гарема на шагоходе становится очевидцем ужасных сцен. Драматичная история виртуозно скрывает нечто большее за казалось бы откровенными эпизодами, создавая непреодолимое ощущение напряженности и шокирующей интриги....
Похоже, «Гарем на шагоходе. Том 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Вдоль стены тянулась длинная, отполированная барная стойка. За ней на полках теснились разномастные бутылки и пузатые бочонки. В зале стояли массивные деревянные столы и стулья, достаточно прочные, чтобы выдержать драку портовых грузчиков.
В дальнем углу в большом аквариуме скучала представительница расы мереидов.
Проще говоря, русалка.
В руках она держала водонепроницаемый планшет и что-то задумчиво читала, слушая музыку в наушниках. Губки она подкрасила помадой с блёстками и жевала жвачку, периодически выдувая большие розовые пузыри.
Девица молодая, вероятно, на летней подработке.
Хвост, покрытый блестящей чешуёй, лениво подрагивал.
На дне аквариума лежали монетки, брошенные «на удачу».
За стойкой, протирая кружку полотенцем, стоял бармен-робот, выполненный в нарочито винтажном стиле. Начищенный медный корпус аж блестел, а на лицевой панели красовались лихо закрученные вверх усы, тоже медные и сверкающие.
Увидев нас, он отложил кружку, а его оптические сенсоры приветливо мигнули синим.
— Добро пожаловать в «Пьяный Кракен», леди и джентльмены! — его голос был запрограммирован на бодрый и зычный баритон. — Чем могу служить столь славной компании? Уверен, вы пришли по адресу! Наше фирменное пиво «Кракен-брау» способно поставить на ноги мертвеца и уложить наповал ктулонца! Тёмное, ядрёное, с нотками торфа. Рекомендую!
— Для начала, нам просто столик, — буркнул я, осматриваясь в поисках подходящего места."
"— А мне краба! — ткнула пальцем Сэша в медленно семенившего мимо нас шеллита, который нёс стопку грязных тарелок.
Шеллит замер, оскорблённо щёлкнул клешнями и что-то сердито прошипел.
Медные усы бармена дёрнулись.
— Сударыня, — произнёс он с механической вежливостью. — Это не еда. Это Бернардина, наша судомойка. И она просит не тыкать в неё пальцем, это нарушает её хитиновое достоинство.
— Вечно у ксеносов какие-то заморочки, — покачала головой Кармилла.
Мы устроились за большим круглым столом в алькове.
Ознакомившись с меню, я поднял два пальца, подзывая робота.
— Нам два ведра крабов, побольше чесночного хлеба и бочонок вашего «Кракен-брау».
— Отличный выбор! Бочонок будет подан незамедлительно! — отрапортовал бармен.
— И стакан молочка, — добавила Сэша.
У бармена дёрнулись усы.
— Молочко? — переспросил он.
