В мире, где половые органы подвергаются неприемлемым экспериментам, героиня Гарема на шагоходе становится очевидцем ужасных сцен. Драматичная история виртуозно скрывает нечто большее за казалось бы откровенными эпизодами, создавая непреодолимое ощущение напряженности и шокирующей интриги....
Похоже, «Гарем на шагоходе. Том 7» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Эти гуманоиды с осьминожьими головами и щупальцами на подбородках, явно были местными рыбаками.
Они громко, булькающими голосами что-то обсуждали, а их лицевые щупальца жили своей жизнью, ловко орудуя пивными кружками и таская с общего блюда жареную рыбу. Одно щупальце подносило ко рту кусок, другое уже подхватывало кружку, а третье нетерпеливо постукивало по столу.
Я прислушался к их незамысловатому разговору.
— Говорю тебе, Крулл, новый эхолот «Глубинный взор-7» — это просто песня! — булькал самый крупный из них, чья кожа имела тёмно-фиолетовый оттенок.
— Брехня! — отмахнулся от него другой, с бледно-голубой кожей. — Все эти навороты — ерунда. Главное — правильная акустическая приманка. Мой старый «Рыбий бумбокс» до сих пор творит чудеса. Вчера выставил частоту на «панический крик креветки» — так ко мне такая макрель приплыла, я её еле в трюм затащил!
— А вы ещё помните, как мы без сонаров рыбу ловили? — ностальгически произнёс третий, с зеленой шкурой в редких старческих пятнах.
— Да ты просто старый, — фыркнул голубокожий.
Зелёный зашевелил щупальцами и стиснул кулаки.
— Это я-то старый? Мне всего сто пятьдесят лет! Ух, я тебе щас щупальца-то поотрываю!
Его горловой мешок немедленно раздулся.
Сидевшая рядом со мной Вайлет сухо констатировала:
— Вероятность потасовки выросла на 27%."
"Фиолетовый глубляк резко вытянул щупальца вперёд, перекрывая пространство между голубокожим и зелёным. Его лицевые придатки напряглись, как канаты, а кожа потемнела до почти чёрного оттенка.
— Эй-эй, спокойнее, медузники! — булькнул он, размашисто двигая щупальцами. — Вы что, забыли, чем это всё кончится? В прошлый раз, когда Глэб с Торном выясняли, чей гарпун круче, они полтаверны в щепки разнесли! А потом неделю распутывали щупальца!
Голубокожий глубляк недовольно раздул мешок, но тот сразу же сдулся, а его щупальца слегка расслабились — видимо, воспоминание подействовало.
— И не говори… — пробурчал он. — У Торна до сих пор одно щупальце короче — ты же знаешь, как они отрастают. Кривые, неудобные.
Зелёный тоже смягчился, его кожные пятна чуть посветлели, как и вся шкура.
