Потом старик вздохнул.
— Ну и дура…
Ди-Ди выдохнула раздражение, подняла стул и вернулась к работе.
Она нашла скрытый разъём под брюшной пластиной робота-паука, достала переходник и подключила его к отладочному порту.
Экран вспыхнул зелеными строчками кода — робот сопротивлялся, выкидывая предупреждения о несанкционированном доступе.
— Ну давай же… — пробормотала она, вбивая последнюю команду.
На миг все замолкло. Потом терминал выдал резкое «#ROOT_ACCESS», а робот внезапно замер, поджав лапы. Синяя лампочка на его голове замигала ровно — режим ожидания.
— Получилось!!!
Но вскоре её брови сдвинулись.
Девушка бросила мрачный взгляд на экран с Гудвином.
— Ах ты ж старый хрыч… отформатирую!
* * *Полчаса спустя поступил сигнал из машинного отделения.
— Да, что у тебя? — спросил я.
Механик взволнованно начала:
— Капитан, слушай сюда! Этот чёртов тарантул оснащён модулем скрытого внедрения! Я засекла аномалию в логах Гудвина, — она вывела график скачков напряжения. — Тут левые запросы — будто кто-то брутфорсил протоколы управления.
— И какого чёрта твой искин не отреагировал?
— Потому что Гудвин и Каспер снова воевали! Я их за это убью, не волнуйся. Гудвин отключил часть фаервола, чтобы «избавиться от этого параноика», а Каспер в ответ заблокировал ему доступ к части систем и протоколов!
Кармилла закатила глаза:
— Типичный мужской спор. «Я прав!» — «Нет, я!» — «А вот и нет!»
Я проигнорировал её слова.
— И что, паук этим воспользовался?
— Ещё как! — Ди-Ди переключила экран на код. — Он подменил служебные данные реактора, а потом повредил систему охлаждения. Если бы я не заметила, что уровень хладагента упал, через час у нас было бы два варианта: расплавление активной зоны или отказ ходовой.
— Ядерный взрыв? — уточнила Шондра.
— Скорее утечка радиоактивных материалов, — ответила Ди. — Хотя мог случиться паровой взрыв с разрушением защитной оболочки или прожигание корпуса реактора. Короче, ничего хорошего.
— И что ты сделала с этим пауком за такой вандализм? — спросила Кармилла. — Прижгла лапки паяльником?
— Хуже! — Ди-Ди зловеще ухмыльнулась. — Я его подключила к Касперу. И знаешь, что этот антивирусный маньяк с ним сделал?
— Даже боюсь спрашивать.
— Он его разобрал на запчасти — в виртуальном смысле. И залил кое-что от себя. Точнее — от меня. Теперь этот паук — наш троян. Мы можем использовать его, чтобы посылать противнику ложные данные.
— Хм, а вот это очень важно, — я потер подбородок.
— Ага, — механик радостно кивнула. — Паучок соблюдал режим радиомолчания, чтобы мы его не засекли. Но у него в протоколах указан «маяк», который должен был запуститься в случае повреждения ходовой.
Я ухмыльнулся:
— То есть, он должен был сообщить, что мы обездвижены.