В маленьком домике на Тисовой Аллее родилось Дадли Дурсль, чье рождение омрачилось трагедией. Родители столкнулись с горем, а загадочное событие породило новые тайны. Между семьей назревает напряжение вокруг судьбы ребенка и нежданных обстоятельств.
Раздел Chitat.online для книги «Гарольд Дурсль» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
В маленьком домике на Тисовой Аллее родилось Дадли Дурсль, чье рождение омрачилось трагедией. Родители столкнулись с горем, а загадочное событие породило новые тайны. Между семьей назревает напряжение вокруг судьбы ребенка и нежданных обстоятельств.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст ur1ka Легкое чтение Любовные романы Фантастика подборки серии
В маленьком домике на Тисовой Аллее родилось Дадли Дурсль, чье рождение омрачилось трагедией. Родители столкнулись с горем, а загадочное событие породило новые тайны. Между семьей назревает напряжение вокруг судьбы ребенка и нежданных обстоятельств.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Потому что через секунду Гарри уже сидел в кресле на коленях Рудольфа, а в кресле напротив сидел связанный как колбаса Перси.
А Гарри накрыло. Он внезапно мелко задрожал, хватаясь руками за чужую мантию и дергаясь всем телом. Рудольф гладил его по голове, целовал в макушку и тихо, без слов напевал-гудел в шею.
- Принеси успокаивающее, - шепот Гарри услышал и сам попытался что-то сказать, но в горле по-прежнему было сухо. Вероятно, вороны хорошо понимали хриплое карканье, потому что к губам была поднесена чашка с чем-то горячим и ароматным. - Пей, успокаивающего уже не надо. Чай с бренди. Гарри торопливыми глотками осушал чашку и благодарно откинулся на грудь мужчины.
Рудольф продолжил его поглаживать по голове.
- Мальчик перепуган до ужаса. А ты, рыжий, был рядом. Что случилось?
Перси сидел с выпученными глазами и открытым ртом.
- Вы! Предатели! Господин не простит вам. Кара постигнет вас. Кара!
Рабастан присел на подлокотник кресла и заглянул в глаза Перси.
- И почему мне кажется, что это кто-то знакомый?
Рудольф прекратил умиротворяющее мурлыканье в макушку Гарри и тихо заметил:
- Тогда нам стоит подождать часик. Свяжись с остальными. Пусть немедленно возвращаются.
Рабастан перестал сверлить Перси взглядом и посмотрел на Гарри. Тот по-прежнему вздрагивал и жался к Рудольфу.
- Спать бы его уложить, но, боюсь, нет времени. Гарри, соберись. Что случилось? Рассказать можешь?
Гарри кивнул. Говорить было трудно. На место нервному возбуждению волнами накатывала тупая апатия, не хотелось даже языком шевелить. Но он начал. Братья слушали внимательно, временами переглядываясь и кивая своим мыслям. Перси тоже подался вперед, вслушиваясь. Толком рассказать, что случилось после того, как он передал контроль над телом Голосу, Гарри не смог. Он косноязычно путался в словах, подбирая любые, но только не связанные с понятием «страх», но Рудольф все понял. И прижал его к себе сильнее.
- Все в порядке. Здесь все хорошо. Ты сильный и храбрый. Гонял повелителя по всему кладбищу. Это подвиг.
- Он, голос, говорит, что должен сам все рассказать. Можно? - Гарри потянулся за еще одной чашкой чая. Рабастан опять плеснул в нее бренди.
Гарри кивнул и глотнул из чашки. Второй раз отдавать контроль над телом оказалось страшнее, казалось, что он обязательно потеряется в чужом сознании, но голос снова сказал, что не причинит Гарри вреда. А потом Гарри слушал усталые и безнадежные интонации своего голоса.
- Это был я. Но я не Том Риддл, а то, что оставил от себя. Я вспомнил то, что хотел бы забыть. Я хотел бессмертия и не знал, что истинно бессмертным может быть только зло. Я прятал не кусочки души, а части моей человечности. Тот, с кем я боролся, больше не человеческое существо, он даже не исчадие ада, он сама сущность зла. И он бессмертен.
