Автор
В мрачном доме-приютном, где холодные лучи застывшей луны проникали сквозь тусклые светильники, Ленка Гладышева бросила мне зелеными монетами. Я смотрела, как они разлетаются по холлу, словно эха ее яростного заявления. Внезапно мир вокруг меня перестал казаться безликом, а стала наполниться драмой и загадочным шепотом приключений....
Институт наш находился на отшибе, в глухом углу, и первокурсницы, столкнувшись на улице в темноте с Виталием Леонтьевичем, пугались до обморока. Один раз профессор пришел на кафедру и растерянно сказал:
– Что мне делать?
– Случилась неприятность? – спросила я.
Аристархов покрутил в руках красивое дамское портмоне.
– Пошел поужинать, у меня «окно» перед вечерней лекцией. Возвращаюсь, навстречу девочка идет, явно наша студентка, тут другим делать нечего…
– Ну, – поторопила я медлительного мужика, – дальше!
Виталий Леонтьевич пожал плечами:
– Я совершенно машинально кивнул ей.
– Надо объявление повесить: «Найден кошелек, обращайтесь на кафедру иностранных языков», – посоветовала я.
– Но почему она так поступила? – недоумевал профессор.
"Я посмотрела в его лицо. Маленькие глазки поблескивали из глубоких глазниц, почти лысый череп, словно своеобразная компенсация отсутствия волос на голове – брови, черные, кустистые, угрожающе сведенные к переносице, нос курносый, с вывернутыми ноздрями и ярко-красные влажные «негритянские» губы. При этом учтите, что профессор Аристархов чуть-чуть не дотянул до метра девяноста, весил больше ста килограммов, имел пудовые кулаки. Меньше всего Виталий Леонтьевич был похож на кабинетного ученого, чьи труды переведены на тридцать языков.
– Отвратительный тип, – негодовала Рита, – просто мерзкий!
– Дайте мне его телефон.
Рита призадумалась:
– Не помню.
– А где блокнотик Федора?
– Выбросила.
– Отчество его знаете?
– Чье?
– Николая.
– Нет, только имя и фамилию.
Я было приуныла.
– Вот дорогу могу объяснить, – промямлила бестолковая Рита, – мы были у него в гостях на день рождения.
– Покажете?
Она кивнула:
– После работы.
– Когда заканчиваете?
– В пять вечера смена придет.
Пришлось до семнадцати шляться по городу. От тоски я съела два гамбургера, выпила шоколадный коктейль и купила Мане хорошенькую керамическую собачку. Не успела положить покупку в сумку, как зазвонил мобильный.
– Даша, – затрещал Кирюшка Когтев, – все в порядке, Машка поживет у меня.
