В сумерках двое мужчин покидает фургон, его силуэты растворяясь в темной листве кустарников. Рослый водитель, с черной маской на голове и свернутым тросом за поясом, спускается на землю, а его товарищ, коренастый и в камуфлированном комбинезоне, готов к задуманному прыжку через забор....
Варяг проследил ее взгляд: она шла прямиком к столику, за которым пировала шумная компания кавказцев, восторженно приветствовавших ее возгласами и рукоплесканиями. Лаврушники, видать, гуляли от души. Среди них выделялся, пожалуй, только тот, с газетой, как внутренне окрестил его Варяг. Поймав взгляд Варяга, пиковый нахмурился, потом криво ухмыльнулся и что-то сказал соседу. Оба поднялись и двинулись прямо к столику Варяга. Это уже становилось интересным.
«Похоже, вечер удался», — пошутил про себя Владислав.
— Ты, чмо, хули пялишься на нашу девку, — наклонившись к Варягу, процокал один из подошедших кавказцев.
Девчонка уже сидела за столиком среди лаврушников и издали приветствовала Варяга бокалом шампанского.
— Слушай, дорогой, — спокойно отреагировал на неосторожные слова кавказца Варяг, — лучше отойди от стола, ты мне хороший вид на эту девушку закрываешь. А если ты этого не сделаешь, то мне придется тебе за «чмо» пасть порвать. Понял, нет? — медленно уточнил Варяг.
Лаврушник, не ожидая такого отпора, сузил злобные глаза:
— Выйдешь сам или тебя вынести?
Варяг внимательно посмотрел на наглеца и неторопливо встал, чувствуя, как закипает злоба изнутри, как она грозит ударить горячей волной в голову, словно пар в крышку чайника.
Втроем пошли к дверям. У входа как бы невзначай к ним прилепились еще двое.
На улице, не сговариваясь, все пошли вдоль фасадной стены до угла здания и оказались на хоздворе ресторана.
Шедший впереди процессии «любитель» газет вдруг резко развернулся и с чрезвычайной резвостью взмахнул рукой в сторону Варяга. Лезвие бритвы едва не задело шею вовремя отпрянувшего Варяга.
В ту же секунду со спины на Варяга кинулись сразу двое.
