Автор
В темной спальне Гаур ощущается незнакомый ритм, где каждое движение становится неотъемлемой частью этого первого взгляда на сексуальность. Ладонь медленно перемещается от поясницы к ягодицам, вызывая жаркие волны чувств. Постепенно он раскрывает тайны тела и нежности, создавая бескомпромиссную атмосферу роковой страсти....
Судорожно вцепилась в его волосы, зажала в кулачках густую и длинную чёлку на макушке, потому что распирающие от возбуждения «камушки» пронзило острым током, как только глаза Артёма вперились в них и заблестели похотью. В горящем взгляде вспыхнули голод и безудержное желание.
— У тебя красивая грудь, — гулко сглатывает слюну, опуская шершавые ладони на оба полушария. Почти грубо сминает их, вырывая из моего горла хриплый полустон.
— Второй… — повторно выдыхаю стон удовольствия, ерзая попой на его коленях.
Влажная шёлковая полоска трусиков прилипла к пульсирующей промежности, изнывающей чувством полового голода.
— Здесь закрытая скалами территория. Сюда попасть можно только вплавь. Никто не станет рисковать жизнью. Мой любимый размер, — мурлычет, давя радостную ухмылку и катая по кругу соски под горячей кожей ладоней, погружая воспалённые бусинки в облако жара, заводя меня на максимум. — Можешь громко стонать.
Моя женская сущность требует мужской власти, подчинения, желает принять его в себя. И я тянусь обеими руками к вздыбленной части тела под ширинкой, расстёгиваю пуговицу на поясе шорт, справляюсь со второго раза с молнией и ныряю рукой под резинку боксеров в раскалённый эпицентр пожара. Артём рвано втягивает воздух, как только моя ладонь обхватывает его каменную плоть.
— Merda! Детка, я сейчас взорвусь, — зашипел сквозь стиснутые зубы и, находясь во власти сладостного порыва, прильнул к одному из сосков и рьяно втянул его в рот.
* * *— Ааах! — оглушающим наслаждением, пронзившим меня молнией, взрываю умиротворённую тишину. В порыве страсти сдавливаю горячий ствол мужчины, ощущаю, как он вибрирует в моей руке, переплетённый большим количеством жалящих, трепещущих венок. Ладонью скольжу вверх, формирую из неё купол и накрываю ею раскалённую головку, медленными движениями размазываю по вершинке выступающую вязкую влагу его желания.
От этих острых ощущений плавится мозг. Зашкаливает эйфория, напрочь перекрывая дыхание. Кровь распирает промежность, наполняя её горячим свинцом.
