Персонаж Золотой ошибочно принимает Аннотацию за мифическое существо и совершает необратимый поступок. Это событие становится точкой отсчёта для развития сюжета, полного абсурда, парадоксов и иронии над литературными условностями в двадцать первом томе криптического романа.
Раздел Chitat.online для книги «Газлайтер. Том 21» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Персонаж Золотой ошибочно принимает Аннотацию за мифическое существо и совершает необратимый поступок. Это событие становится точкой отсчёта для развития сюжета, полного абсурда, парадоксов и иронии над литературными условностями в двадцать первом томе криптического романа.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Григорий Григорьевич Володин Самиздат подборки серии
Персонаж Золотой ошибочно принимает Аннотацию за мифическое существо и совершает необратимый поступок. Это событие становится точкой отсчёта для развития сюжета, полного абсурда, парадоксов и иронии над литературными условностями в двадцать первом томе криптического романа.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Почитай пока свой роман, — подначиваю её.
— Да-а-аня! Ну хватит! — возмущается она. — Я же девочка! Люблю иногда почитать о любви!
— Да-да, конечно, — отмахиваюсь я, стараясь не засмеяться. — О великой и страстной любви, не так ли?
— Ну-у-у Да-а-аня!
Красивая, будто чувствуя настроение, тихо мурлычет рядом, и я думаю, что в жизни действительно есть место для иронии. Даже посреди пустошей, когда на тебя скоро понесутся големы и фанатики.
Ледяная крепость вырастает перед нами, её башни без окон высятся над заснеженной антарктической равниной. Даже в лунном свете она выглядит почти мёртвой. Ни звука, ни движения, ни единого признака активной защиты. Только гнетущая тишина. Здесь даже ветра нет.
Я усиливаю Покров Тьмы, укрывая наши сани от любого случайного взгляда. Ночь играет нам на руку — её густая темнота делает маскировку практически идеальной. Мы подъезжаем ближе, и я замечаю, что никаких силовых полей или видимой охраны снаружи нет. Либо монахи слишком самоуверенны, либо они спрятали все ловушки внутри.
У подножия Обители мы останавливаем сани.
— Дальше пешком, — говорю я, жестом указывая вперёд.
Уставшие медведи тяжело опускаются в снег, едва дождавшись, пока мы развяжем упряжь. Через мгновение они уже спят, раскинувшись в снегу. Да, гнали мы быстро. Очень быстро.
Мы приближаемся к массивной ледяной стене, внушительной и, казалось бы, неприступной. Но это лишь для тех, у кого в команде нет ледяного Грандмастера.
— Ледзор, проход, — коротко велю я, предварительно проверив стену на отсутствие магической сигнализации.
Он, ухмыльнувшись, кивает и поднимает руки. Воздух вокруг становится ещё холоднее, если такое вообще возможно, а стены начинают дрожать. Словно по мановению невидимой руки, лед в одном месте начинает таять, образуя ровный проход. Ледзор работает быстро и тихо, и через несколько мгновений перед нами открывается тёмный туннель.
— Вперёд, — киваю, заходя первым.
Ледзор тут же закрывает пробитую брешь за нашей спиной, оставляя стены такими же цельными, какими они были до нашего появления. Никаких следов проникновения.
Внутри воздух не теплее, чем снаружи. Лёд блестит, отражая слабое свечение ламп, скрытых в потолке. Но моё внимание привлекает не это. В стороне, чуть дальше по коридору, я замечаю контрольную точку магической сигнализации."
"— Вот и первый сюрприз, — шепчу я.
Подхожу ближе, вытягивая энергетические щупы. Жабун, уже настороже, его энергия струится по моим нервам, как ток.
— Жора, кушать подано, — мысленно приказываю, чувствуя его нетерпеливое кваканье в голове.
Поглощенная энергия пробегает по жилам, и через секунду вся контрольная система в этом месте обесточивается. Никакого шума, никакой тревоги. Всё выглядит так, будто ничего не произошло.
