В зале тишины только шелест бумаги. Лорд Филин смотрит на нового противника — дроу Гагера, незнакомца из мира невидимых. Тавры и их команды Ареса уже в готовности, оружие поднято, а Гагер стоит, расслабленный, как будто не замечая опасности. Этот второй том "Газлайтер" открывает новый виток интриг и загадок, где каждый шаг может быть последним....
Я лишь пожимаю плечами и возвращаюсь к своим расчётам. Игра, как всегда, требует внимательности, но вскоре замечаю, что Годунов начинает повышать ставки. Слишком резко, слишком необдуманно. Он теряет контроль. Несколько ходов — и мои предположения подтверждаются.
— Десять тысяч, — объявляет крупье, и Годунов раздражённо встаёт из-за стола, проиграв эту сумму. Не сказав ни слова, он уходит, оставляя после себя атмосферу тяжести и скрытого раздражения.
Но едва я успеваю перевести дух, как на его место усаживается… Жанна Горнорудова.
По залу прокатывается волна удивления. Женщины, особенно из аристократии, редко участвуют в азартных играх. Это считается неприличным, неженским, не соответствующим их «возвышенному» статусу. Но Жанна, как всегда, пренебрегает условностями, будто это лишь скучные правила, созданные для других.
Она спокойно оглядывает собравшихся, её уверенный взгляд будто бросает вызов каждому. А затем, склонив голову и одарив меня своей фирменной игривой улыбкой, говорит:
— Я хочу сыграть.
Я усмехаюсь, равнодушный к её провокации.
— Конечно, не против, Жанна Валерьевна.
Кажется, её слова и мой ответ заставили общество замереть на мгновение."
"Игра начинается, и публика постепенно стягивается вокруг стола, словно мотыльки на свет. Жанна умудряется притягивать к себе внимание не только своей наглостью, но и тем, как уверенно она ведёт игру.
Я наблюдаю за ней, но мысли мои сосредоточены на картах. Несмотря на старания, понимаю, что мои позиции далеки от идеальных.
Буду играть — проиграю партию. Но не войну. Потому решаю не останавливаться и перетерпеть скорый проигрыш. Сделав вид, что всё под контролем, беру время на обдумывание следующего хода и продолжаю.
Публика шепчется, перешёптывания и взгляды перекрещиваются, но я стараюсь не обращать внимания. Как говорится, главное — сохранять лицо.
После пары ходов, я допускаю небольшой проигрыш в десять тысяч. Жанна, сияя от восторга, радостно восклицает:
— Ах, как приятно побеждать своего спасителя!
Я лишь усмехаюсь, слегка откинувшись на спинку кресла.
— Везёт сильным. Поздравляю, Жанна Валерьевна, — отвечаю с лёгким намёком, давая понять, что это только начало.
В следующем раунде я меняю тактику. Решаю играть без остановки, по стратегии Мартингейла и удваиваю ставку.
— Двадцать тысяч, — спокойно объявляю, выкладывая деньги на стол.
Жанна сверкает глазами, её улыбка становится шире.
