Вдали от шумной цивилизации, Лиля ощущала легкую дрожь в каждой клеточке после долгого пути. Все вроде благополучно, но она чувствовала себя неуютно на твердой земле рядом с мрачным лесом. Внутри кипела нетерпеливая жажда приключений и новых опасностей — атмосфера за окном только усиливала ее ностальгию по безбрежной свободе....
Его нельзя включать – вдруг он заработает? Если так, она не справится с собой.
Она будет слышать голоса и ни слова не сможет сказать в ответ, и паника вырвется и убьет ее. Никак нельзя, чтобы ее убила паника, после того как ее не убили ветер и холод. Они сделали бы это… красиво и быстро.
А паника будет терзать и мучить ее долго.
Лиля подошла к столу, задевая головой потолок. За шиворот сыпалась труха, зато там не было никаких снежных пауков.
Она взяла бутылку с зеленой, криво приляпанной бумажкой, жидкость плеснула внутри.
На той планете, с которой принес ее звездолет, она непременно закашлялась бы, слезы выступили бы на глаза, она стала бы хватать себя за горло и дышать открытым ртом.
На этой планете она крепко вытерла рот рукавом телогрейки и громко сказала:
– Спасибо! – тем, кто оставил здесь водку, спички, дрова, телогрейку, свечку.
Тем, кто оставил Лиле Молчановой жизнь.
Хотя бы на какое-то время.
Потом она решительно включила приемник.
Никакой паники не будет. Лиля Молчанова просто вытолкает ее вон из своего убежища. Если ей предстоит еще какое-то время пожить до смерти – она будет жить с музыкой. В прямом смысле этого слова.
– В эфире радио «Пурга» и Олег Преображенцев.
Лиля села на нары.
– Я хочу повторить главную сегодняшнюю новость. Пропала моя соведущая Лилия Молчанова, вы все ее прекрасно знаете по нескольким программам, которые мы провели вместе.
– Я тебя слышу отлично, – негромко сказала Лиля в землянке.
– …позвони немедленно.
– Я не могу позвонить, Олег.
– Мы тебя ищем. Мы тебя найдем. Держись, где бы ты ни была.
Она вдруг увидела его – в наушниках, перед микрофоном. Желтое от загара остроугольное лицо, узкие глаза.
– Ровно в пять, как обычно, новости, а сейчас песня «Кажется» группы «Ума Турман».
«…Я помню черные края этой безды. Я слышал пение живущих там вечно. Я понял, что слова теперь бесполезны, я видел небо – оно бесконечно. Кажется, никогда нам на планете этой не встретиться, просто рукой махнуть – и голос почти не слышен. Просто: «Пока, пока!» – и молча пойду я вниз по лестнице.
