Автор
Генерал полиции в отставке и его теща — сельская учительница — вынуждены жить под одной крышей в маленькой деревне. Их столкновение характеров, жизненных принципов и опыта разворачивается в атмосфере взаимного непонимания. Судьбы двух одиноких людей переплетаются в истории о том, как...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Ген Рафаила»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Генерал полиции в отставке и его теща — сельская учительница — вынуждены жить под одной крышей в маленькой деревне. Их столкновение характеров, жизненных принципов и опыта разворачивается в атмосфере взаимного непонимания. Судьбы двух одиноких людей переплетаются в истории о том, как...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Генерал полиции в отставке и его теща — сельская учительница — вынуждены жить под одной крышей в маленькой деревне. Их столкновение характеров, жизненных принципов и опыта разворачивается в атмосфере взаимного непонимания. Судьбы двух одиноких людей переплетаются в истории о том, как...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Но вдруг комвзвода споткнулся о сапог последнего из мертвой шеренги, вздрогнул и заорал:
– Братки! У него снег на лице тает! Тает снег на роже, браткииии!
Пятеро военных побросали лопаты и подбежали своими глазами увидеть это чудо: росток, пробивающий асфальт, ребенок, расправивший легкие, зазеленевшая почка на сожженном дереве. Жизнь! Жизнь посреди запаха мертвечины, посреди оторванных рук и ног, пробитых трахей, неоконченных писем маме.
– Живой! – заулыбались все и, переглянувшись, кинулись очищать его от снега.
– Пульс на запястье, – щерился чернозубым ртом молодой сержант и плакал.
Ваню Красавцева в это время сознание возило головой по раскаленным углям. Но этот толчок он помнит. Как четверо солдат подхватили его с промерзшей земли за конечности и поволокли к грузовику. Жизнь! Танцуй, счастливчик!
Правда, танцевать он больше не мог. Несколько осколков по всему телу ему вытащили в полевом госпитале, а пять – оставили в ноге – на память.
– Чо тебя ковырять? Важные органы не задеты, – просто сказал военный хирург. – Будешь, как дровосек из Изумрудного города. Читал?
– Не, – прохрипел Ваня.
– Детей, значит, нет, – заключил врач.
– Пока нет…
– Ну, родишь – прочитаешь.
Сыну Толе, который родился через тринадцать лет после войны, сказку Волкова он все же прочитал. А главное – ее бесконечно от корки до корки штудировал незнакомый Ивану мальчик. Андрюша. Похожий на него, как отражение в весенней луже. Как пробы из одной чашки Петри на стекле микроскопа. Как дагеротип [3], изготовленный Вселенной задолго до появления на свет как одного, так и другого…
Глава 6
Андрюша – солдат
Андрюша, Ванин внук, деда не застал. Но знал о нем абсолютно все, что сохранил в памяти отец Толик, что удалось раскопать в рассекреченных архивах Великой Отечественной (начиная с 2015 года), что рассказывали однополчане.
Сослуживцев деда Андрюшка нашел сам, через поисковиков, волонтеров и прочих ребят, занимавшихся историей Второй мировой. Родители давались диву. Здо́рово, конечно, но откуда такой азарт к незнакомому человеку? При том, что прадед по маминой линии – деревенский махина-танкист, дошедший до Рейхстага, его совсем не волновал.
Комната Андрюши с малых лет была увешана фотографиями Ивана. Не Симпсонов, не Черепашек-ниндзя, не Губки Боба – как у сверстников, – а именно деда. В капитанских погонах, когда он вышел после госпиталя. С Хрущевым, когда они шагали по Красной площади, с Фиделем Кастро, когда предок строил завод на Кубе.
Друзьям было тяжело с Андрюшей. Любое обсуждение блокбастера он возбужденно прерывал собственными рассказами.
– А знаете, как дед умирал в маковом поле? После первого ранения? Это было в Крыму, осенью, в сорок втором.
