Живущему мужчины повезло: ему не только предлагают работу в влиятельном Санкт-Петербурге, но и даруют шанс отомстить за прошлые обиды. И вот он на пороге решающих переговоров — без сна и сил — очнется там же, где пал его тело: в теле 33-летнего генерал-адмирала Российского флота великого князя Алексея Романова. Только не в наши дни, а в мир XVIII века, когда страна еще процветает и на престоле стоит император Александр III....
С учетом того, что шесть из уцелевших в сражении у Доггер-банки немецких дредноутов оказались повреждены настолько, что им требовался ремонт длительностью от полугода до полутора лет, а также понесенных немцами потерь в крейсерах, наш Балтийский флот на какое-то время стал едва ли не сильнее всего немецкого. Поэтому положение немцев в Балтийском море оказалось даже хуже, чем было до Доггер-банки. А мы, не участвовавшие в том сражении, получили в результате самую крупную выгоду. Впрочем, чаще всего в жизни так и бывает, что неучаствовавший обретает даже больше, чем победитель… А если еще учесть потери союзников в транспортных судах и то, что общая численность наших транспортных судов была восстановлена сразу после освобождения ото льда Архангельского залива (за зиму в Северодвинске было построено шестнадцать транспортов, и еще шесть должны были войти в строй после начала навигации, а с Дальнего Востока по Северному морскому пути пробивались около двух десятков судов с дальневосточных верфей, вследствие чего мы теперь должны были обеспечивать заметно большую долю поставок), нашу выгоду от изменения экономической ситуации можно было бы оценить восьмизначным числом дополнительных доходов.
Однако главной причиной того, что мы оказались так необходимы союзникам, были отнюдь не проблемы на морях. С началом весны немцы перенесли основной упор в своих операциях на Западный фронт, решив, что, раз уж не получилось с Россией, надо попытаться за время кампании 1916 года выбить из войны Францию, теперь воспринимавшуюся ими как более слабое государство.
Как бы там ни было, Верден немцы взяли уже к середине мая и, похоже, останавливаться на этом не собирались… Но громкие призывы французов и англичан, обращенные к нам, игнорировались Николаем и Кондратенко под предлогом, что все наши свободные силы задействованы на Турецком фронте, а тех войск, что остались против немцев и австрияков, не хватит даже для организации убедительной демонстрации, не то что для полноценного наступления.
