Генерал (СИ) захватывает с первых строк: "Оба-на, какая цыпочка! — восхищенно присвистывает Леша Панкратов." Яков Егоров, главный герой, не может скрыть улыбки при виде красотки на соседней аллее. Атмосфера свежего летнего воздуха и шум транспорта дополняют ощущение элегантности и непринужденной уверенности генерала в этом романтическом повороте событий....
А я пока побреюсь.
И не скрывая сожаления, отходит к белоснежной квадратной раковине, установленной напротив. Бездумно пялюсь на сильную спину и упругую задницу. И словно спохватившись, выключаю душ. Укутавшись в полотенце, подхожу сзади. Обхватив руками талию мужа утыкаюсь носом в ложбинку позвоночника.
– Люблю тебя, – выдыхаю яростно. – Веди там себя хорошо. Узнаю, что ты загулял, лично пойду на прием к министру обороны.
– Ничего себе предъявы, – порывисто оборачивается Ордынцев. Смотрит восхищенно, а затем накрывает мои губы нежным медлительным поцелуем.
– Я предупредила, Ордынцев, – упираюсь пальчиком в накачанную грудь. – Только попробуй. Лично прилечу разбираться.
Муж перехватывает мою руку, целует порывисто.
– Слушаюсь, товарищ начальник. Никогда не дам повода. Торжественно обещаю.
Клятва вроде бы шутливая, но Ордынцев смотрит на меня серьезно и внимательно.
– Я тоже, Васечка! – тянусь на носочках к губам мужа. И быстро чмокнув, несусь в комнату ставить накрывать стол к завтраку.
Как я теперь без Васи?
Первым заявляется в номер строгий и важный помощник Ордынцева. Ставит на диван тяжелый кожаный портфель. Передает Генералу какой-то сверток.
– Чай будешь, Тарасов? – предлагает муж и, прежде чем скрыться в спальне, поворачивается ко мне. – Катя, на минутку.
Последняя возможность побыть вдвоем! И я ее точно не пропущу. Подскочив, несусь следом. И сразу же попадаю в плен Генеральских рук, по-хозяйски шарящих по моему телу.
– Катя моя, – выдыхает Ордынцев и начинает одеваться. А я без сил опускаюсь в кресло. И с ужасом наблюдаю, как мой красивый и веселый муж на глазах превращается в сурового генерала. – Попрощаемся здесь, – ворчит он, снова сгребая меня в охапку. Накрывает мои губы нежным и требовательным поцелуем. И отстраняется, когда в номер снова стучат.
– Тарасов откроет, – вздыхает натужно. Одним рывком привлекает меня к своей груди и целует в макушку.
Утираю льющиеся по щекам слезы.
– Хорошо. Не буду. Только я тебя до вертолета провожу. Ладно?
– Зачем? – строго смотрит на меня муж. – Ложись лучше спать.
– Чтобы убедиться, что ты улетел, – огрызаюсь недобро. – А то мне сказал, что в армию, а сам по бабам…
– Маленькая ревнивая зараза, – смеется Ордынцев и разрешает нехотя. – Ладно. Две минуты на сборы. Не успеешь, уеду сам.
