В ночной тишине, где лишь шелест ветра и шаги мелькают на улице, Генерал Скала выходит из своего замка, готовясь к задуманному путешествию. Его легендарная ботинка выбивает дробь по широким половым доскам постоялого двора, а простое суконное платье подчеркивает его хрупкость и решимость. Сиротка в сердце генерала несет загадку, которая может перевернуть мир....
Малой резко вдохнул воздух, чтобы ответить и даже закашлялся от возмущения.
— Хы-ых, хы-ых, ах, ты стерва!
— Она — благородная лэра, — напомнил ему Кошель.
— Да она язвит как строевой сержант! Не знаю, что Скала в ней нашел. Раньше у него был более разборчивый вкус на девчонок.
Я пренебрежительно присвистнула и выдвинула подбородок как Гектор, когда видел особенно слабое выполнение упражнения. Ненавижу это презрительное движение челюстью, зато и воспроизвести его могу досконально.
— Может быть он как настоящий профессионал видит во мне ученицу и думает о деле? Кстати, где мой наставник? Я хотела…
— Нет его.
— Но как же… — изумленно протянула я, — у меня же завтра…
— Турнир? Да какая разница, — фыркнул Малой и толкнул створку двери с такой силой, что, распахиваясь, она хлопнула с грохотом, — все равно сольешься в первом туре. Ну, если прям горит, потренируемся сейчас с тобой.
Он повернулся спиной, чуть не перекрыв весь проем и не спеша отправился в зал, ступая подозрительно мягко при своем весе.
— Ты его не сделаешь, — мягко сказал Кошель. Сверкнув почти прозрачными глазами со странным фиолетовым оттенком. — Даже без созвездий, он раскатает тебя за пару секунд.
— Знаю, — ухмыльнулась я. — И драться с ним сегодня не собираюсь, просто посмотрю, как он бесится.
— А, — лысый моргнул. — Ключевое слово «сегодня»? Я же вижу, что ты настроена рано или поздно с ним сцепиться.
Надо с этим что-то делать. Нельзя позволить, чтобы у будущей герцогини считывали мысли словно у деревенской простушки. Я постаралась напустить в голос холодного равнодушия:
— Когда почувствую, что смогу. Просто пока рано.
В зале разминался Малой, что-то подчеркнуто грозно выкрикивая, а мы с Кошелем продолжали стоять у входа, с интересом меряя друг друга взглядами.
— Даже так? — он ухмыльнулся, сверкнув белоснежным рядом зубов. На переднем резце мелькнул небольшой скол, неожиданно сделавший улыбку опасной.
— Польщена. А ты не знаешь случайно, что там за приз? За что бьются и почему столько шума из-за простого ученического конкурса?
— Случайно знаю. Десять золотых официальной награды…
— Не густо…
— … и двести золотых монет лично от короля.
— Ракхотово семя!
Кошель вытаращил глаза и закашлялся.
