В ночной тишине, где лишь шелест ветра и шаги мелькают на улице, Генерал Скала выходит из своего замка, готовясь к задуманному путешествию. Его легендарная ботинка выбивает дробь по широким половым доскам постоялого двора, а простое суконное платье подчеркивает его хрупкость и решимость. Сиротка в сердце генерала несет загадку, которая может перевернуть мир....
Странное ощущение, учитывая, что он не чистый эльвинеец, давно служит недругам, а я нахожусь на чужой земле, без прав и ресурсов.
И пока — именно он мне помогает.
Мы пошли в коридор, он — первым. И я, все еще пребывающая в задумчивости, услышала совсем близко голос Беранже:
— Скорее всего свободна гостевая библиотека, лэр Ципель. Предлагаю поговорить без лишних ушей и решить наше небольшое недопонимание.
Да чтоб его!
Если церемониймейстер увидит меня, то снова заставит участвовать в каких-нибудь плохо понимаемых мной интригах.
Ухватив Тибальда за мундир на спине, я рывком втащила его обратно в комнату. И захлопнула дверь.
— Значит так, — прошептала я, пока он непонимающе пялился на косяк, пытаясь осознать что произошло. В коридоре тоже было тихо, там пытались осознать увиденное. Ой, да ладно, что страшного-то, просто передумал человек выходить. Я часто так делаю. — Выходишь и отвлекаешь их, как можешь. Но так, чтобы тебя со службы не выкинули, понятно? Мне нужно всего пара минут.
Я разжала кулак, выпуская рыжего, и рванула к окну.
ГЛАВА 48. Подковерная политика. Не хочу этого слышать!
Выданные туфельки мягко касались паркета, почти неслышно отстукивая ритм побега. Тум-тум-тум. Слеши-слеши. Беги-беги. Дома я часто выпрыгивала из окна прямо в сад, поэтому высота второго этажа привычна и совершенно не страшна.
Так, что у нас тут… Распахнув окно, я высунулась, чтобы рассмотреть землю внизу и мгновенно поняла, что… погорячилась.
А внизу красовалась не удобная полянка, за которой тщательно ухаживали чтобы «девочка не побилась», а, увы, раскинулись кусты цветущих роз. Выглядели они откровенно неприветливо. Даже при благоприятном исходе придется вылезти из них в растерзанном платье и с исцарапанным лицом, поди потом объясни встречным, кто меня порвал на лоскуты.
Но и подводить рыжего не хотелось. Он вышел в коридор и прямо сейчас орлом держал оборону, громко объясняя въедливому Беранже что-то вроде: «комнату попросил придержать незнакомый гость, сказал, что вернется…».
Церемониймейстер настаивал, Тибо о чем-то спрашивал, дверь подрагивала и пора было решиться — оставаться и быть заподозренной, что жду этого самого «гостя» или лезть в окно.
Я еще раз бросила взгляд вниз и… запрыгнула на подоконник, а оттуда — торопливо сползла на внешний каменный барельеф, декоративно опоясывающий стену.
