Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Раздел Chitat.online для книги «Гений, или История любви» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
— Мне кажется, за два года, на которые ты бросила ребенка одного, уж чаю-то можно было напиться! — умело парировала бабушка.
И дальше, наконец, они нашли друг в друге то, чего было невозможно найти в Соне — они заговорили друг друга до смерти. Они кричали, обвиняли друг друга во всех грехах смертных, припоминали все былые прегрешения, размахивали руками и хлопали дверями — словом, пар был выпущен наружу. К вечеру накал страстей начал спадать. Соня вставила в магнитофон диск Готье и тихо включила музыку. Не для того, чтобы поглумиться над предками, и не для того, чтобы насладиться музыкой, она слушала его голос, и ей становилось немного легче. Ей хотелось закрыть глаза и уснуть, чтобы Готье приснился ей. Она чувствовала, будто тяжело больна, будто в бреду, в жару, температура под сорок, и призраки наполняют комнату, и с ними можно разговаривать.
— Значит, так! — ворвались в ее комнату бабушка и мама.
— Мы все решили, и не вздумай спорить! — сказала последняя.
— И не рассчитывай на свои штучки, — добавила бабушка и, обернувшись к маме, спросила: — Я тебе говорила, что она украла у меня паспорт?
— Ваш паспорт? — удивилась Алена.
— Свой, дурочка! — Бабушка всплеснула руками и ярко, образно, в красках рассказала Сониной маме о том, как и почему дорогая деточка осталась без здорового отдыха на море в прошлом году. — Да она творит, что хочет! Каким-то образом умудрилась провести меня с бужениной, я до сих пор не знаю, как она это устроила. У нее тут свои люди, она способна на многое. Мы ее совсем не знаем! — разводила руками бабушка.
В этом она была права. Вот только… кто сказал, что тот человек, которого они не знают, та Соня, которая их так напугала, — что она плохая? Что она хуже, чем тот образ, который они обе себе нарисовали?
— Ей нельзя доверять, — бросила бабушка маме, после чего сообщила, что ее паспорт, столь счастливо найденный, уже передан соответствующим людям (папиным знакомым, конечно же) и через неделю, максимум две у Сони будет на руках новый загранпаспорт.
— Не у нее, а у меня, — добавила мама.
— Да, конечно, — кивнула бабушка. — И мама будет умнее, — тебе его в руки не даст, раз ты не в состоянии отвечать за свои действия. Потом поставят визу, дипломатическую, слава богу, и все — подальше от этого кошмара, от этой «Саюры», этих музыкантов и всей этой жизни. Нет, ты просто пока глупая девочка и не понимаешь, что мы стремимся тебя уберечь…
— Мы должны тебе помочь. Мы должны тебя увести от всего этого, — эхом вторила ей мама.
