Соня Разгуляева предпочитает молчать о своей первой любви, гении, которую она стремится завоевать. Ее внутренняя жизнь полна чувств, но внешне она остается отстраненной. Теперь же ее жизнь меняется, когда ей предлагают уехать в Новую Зеландию.
— Там все профессионально сопровождается, и вообще, путевку нам достал Сергей Анатольевич из Минюста. Думаешь, это было легко.
— Думаю, что вам там легко живется! — фыркала бабушка. — Пока я тут вашу дитю в люди должна выводить. Знаешь, что она на одни пятерки сдала все? Осталась какая-то ерунда. И что, нельзя было поощрить девочку? И меня тоже, если уж на то пошло. Сколько я буду тут в кухарках? Да она же и не ест этого все равно. Соседские коты все пожирнели на пять кило каждый от моих котлет.
Тут Соня покраснела. Она и не знала, что ее рационализаторские идеи в отношении применения большей части бабушкиного провианта были замечены и вычислены. В лагерь Соня не хотела. Строиться и ходить парами она не любила, выживать в социуме, проявляя бойцовские качества, не собиралась. Так что бабушкины выступления она одобряла. Но слова, как и всегда, ничего не решили. Путевка, полученная от знакомых, была финальным предложением, и даже бабушка не смогла ее отменить. Двадцать один день счастья, с пятнадцатого июля и до упора — что тут скажешь.
Соня молчала. Потом бабушка повесила трубку, и позвонил Володя, с которым они не виделись уже добрую пару недель.
— Сонь, я загляну? — спросил он.
— Да, — коротко согласилась она.
Через полчаса Володя сидел на Сониной кухне, ел свежие котлеты и разговаривал с бабушкой о Сонином вопросе.
— Они предлагают поучаствовать в записи. Это очень серьезное предложение, у нас песня в ротации на радио. Сейчас думаем делать сайт группы… — он говорил безостановочно, а бабушка хмурилась и силилась его понять.
— Это ансамбль народной музыки? — уточняла она. — И что такое ротация?
— Это этно фолк рок-группа. Называется «Сайонара».
— Рок? — услышала знакомое слово бабушка.
— Этнорок. Народные мотивы, записанные на современный лад, — упростил, как мог, Володя.
— И ты там тоже играешь? — подозрительно осмотрела его бабуля.
Музыка никогда не нравилась ей, так же как жене ее сына. Она именно этого и боялась, что музыка из академических концертных залов, белых платьев, букетов цветов превратится в алкоголь, наркотики и рок-н-ролл. Или как там у них, у молодых, это говорится.
— Я играю на струнных: гитара, гусли, домра. Иногда на балалайке.
— Да? — Названия инструментов немного успокоили умную Сонину бабушку. Она еще ни разу не слышала, чтобы пьяный рок-музыкант разбил на сцене на глазах у беснующейся толпы фанатов домру. — А послушать можно?
— Конечно! — согласился Володя радостно и притащил диск с демозаписями.
Бабушка послушала.
