В клинике врача работают таланты из высшего общества, а роль интерна ждет одного из самых способных. Только один претендент получит шанс — Михаил Анатольевич Зубов строго выбирает свою наследницу среди конкурентов. Комната моей семьи заполнена презрением и неодобрением, но я готов бросить все для того, чтобы достичь цели....
Любопытная же она!
— У нас такой пациентки и нет, — спокойно ответил я. — Их сдавала другая пациентка, попросив соблюсти анонимность по личным причинам.
— Так вообще-то не делается, — буркнула медсестра.
Ещё бы, не удалось собрать новую сплетню!
— Как лечащий врач — имею право, — улыбнулся я. — А теперь я пойду, не буду мешать вам скучать по Соколову.
— А это вы откуда узнали⁈ — испуганно спросила она.
— У меня свои уши в стенах, — подмигнул я ей и оставил самой разбираться, откуда я мог узнать о её интрижке.
Её тоже можно было бы прижать за её дела с морфином. Но доказательств у меня не было, слова Клочка к делу не пришьёшь, поэтому пока что буду за ней следить.
— Ну что там? — взволнованно спросила Лена. — Ты смотрел?
— Нет, — покачал я головой. — Не до того было. Давай ты смотри.
Она взяла анализ, глубоко вздохнула и перевела на него взгляд.
— Результат три, — озвучила она. — Не беременна!
— Не кричи об этом на всю клинику, сама хотела, чтобы никто ничего не узнал, — усмехнулся я.
Я посмотрел результат ещё возле стойки.
Гинекологическим аспектом её вчера тоже осматривал. Но он был развит слабо, поэтому точно уверен я не был. Однако и так догадывался, что никакой беременности нет.
— На нас это как-то теперь отразится? — взволнованно уточнила Тарасова.
— Отсутствие твоей беременности? — улыбнулся я. — Ну, теперь не нужно придерживаться никакой диеты. За ужином, на который мы сегодня пойдём. Только сначала работа.
— Поняла! — Лена чуть ли не запрыгала от радости.
Первым делом я спустился на второй этаж, на ежедневный обход своих пациентов. Герасимова и Авдотьева завтра уже предстояло выписывать, так что назначил им стандартное обследование перед выпиской. Гончаров тоже чувствовал себя гораздо лучше, но ему ещё предстояло полечиться.
Закончив, я вышел из палаты и почти сразу же наткнулся на Шуклина. Тот стоял перед своей семнадцатой палатой, с какой-то тоской глядя на дверь.
— Ты чего её гипнотизируешь? — усмехнулся я.
— Я не знаю, что с ним, — буркнул тот. — А Зубов словно издевается. Опять меня сюда послал, чтобы на дежурство оставить.
— И ты решил начать уже сейчас и дежурить под дверью? — уточнил я. — Нелогично.
— Просто зачем идти и снова позориться, — буркнул тот. — Вот и стою.
Логика в стиле Шуклина. Просто гениальное высказывание!
— Давай я тебе помогу, — улыбнулся я. — Пойдём вместе твоего пациента посмотрим.
