В клинике врача работают таланты из высшего общества, а роль интерна ждет одного из самых способных. Только один претендент получит шанс — Михаил Анатольевич Зубов строго выбирает свою наследницу среди конкурентов. Комната моей семьи заполнена презрением и неодобрением, но я готов бросить все для того, чтобы достичь цели....
— А с чего это ты решил мне помочь? — прищурился тот. — Мы же конкуренты! Сейчас поставлю правильный диагноз — и меня сразу же оставят единственным интерном.
Ещё более гениальная фраза, Шуклин просто в ударе.
— Я хочу помочь, потому что мы коллеги, — усмехнулся я. — А тебя за один правильный диагноз сразу же на должность не примут, не переживай. Идём, чего время терять? Меня и так пациент ждёт.
Я первым вошёл в палату, и Шуклину не оставалось ничего другого, кроме как войти следом за мной.
— А вот и мой любимый доктор! — радостно воскликнул один из пациентов.
— Он так, просто наблюдает, — буркнул Шуклин. — Как вы?
— Всё так же болят ноги, — заверил пациент. — Хотя сегодня уже получше. Доктор Зубов назначил лечение, и боли потихоньку уходят.
— Я рад, — Шуклин развернулся и попытался выйти.
Пришлось его остановить. Если он и до этого опрашивал пациента подобным образом — ничего удивительного, что диагноз он так и не установил.
— Попробуй с самого начала, — вздохнул я.
— Что ещё беспокоит? — вздохнул Павел.
— Сначала в ногах было какое-то онемение, — ответил Григорьев. — Чувство, словно отсидел их. И мёрзли постоянно. Потом добавилась боль после ходьбы. Ну а потом боль усилилась. Это уже с год беспокоит, но ко врачам долго не обращался.
Уже сходу можно предположить предварительный диагноз. Я проверил диагностическим аспектом и практически убедился, что прав.
— Ты доволен? — снова недовольно буркнул Шуклин. — Что тут вообще можно сделать?
Сложный случай."
"— Так, давай вспоминать основные правила опроса пациента, — предложил я. — Анамнез заболевания мы собрали. Давай анамнез жизни.
— Вредные привычки есть? — спросил Павел у пациента. — Курение, магические коктейли?
— Курю уже двадцать лет, по две пачки в день, — кивнул Григорьев. — А по-другому никак. У нас на заводе частые перекуры. Кто не курит — больше работает.
Кстати, всегда возмущал этот момент.
— Курение и боль в ногах, — Шуклин почесал голову. — Что-то такое было… в академии. Сосуды?
— Горячо, — улыбнулся я. — А если точнее, облитерирующий…
— Атеросклероз! — воскликнул Шуклин.
