В теперешних ненастях Хохлов вынужден был отправиться в Лавровскому предложить себе временное убежище. С каждым километром шоссе метель лишь усиливала туман, и он несся вперед, словно его жизнь зависела от этой медленной поездки. Встреча с бывшей девушкой оставила глубокий след, и Хохлов не мог отделаться от чувства вины и ненависти к самому себе....
Она сидела на самом краешке дивана, сильно выпрямившись, мороз сходил с ее щек, лицо стало совсем бледным, только на скулах горели два маленьких пятнышка.
— Мить, у тебя есть выпить?
— Твою мать!..
— Это значит есть или нет?
— Нет! — гаркнул Хохлов и стал бегать по ковролину взад-вперед. — Это же невозможно… мать твою! Димон убил Кузю пепельницей?! Да это бред, бред!
— Ты пойди в милицию и скажи им, что это бред.
— Я там уже был сегодня. У меня деньги украли из офиса.
Ольга не обратила на его слова никакого внимания.
— Митя, мы должны найти того, кто убил Кузю. Менты искать не станут, у них есть Димон, наша пепельница и факт драки, зафиксированный в протоколе. — Она вдруг улыбнулась, и Хохлов подумал: лучше бы не улыбалась. — Видишь, как быстро я научилась выражаться… как в телевизоре выражаются.
— В институте скажут, что Пилюгин был с Кузей на ножах, потому что Кузмин не разрешал ему проворачивать темные коммерческие дела, — задумчиво проговорил Хохлов. — И считай все, дело закрыто.
Ольга посмотрела на него и медленно кивнула.
Хохлов перестал бегать по комнате, сел на диван и замолчал надолго.
— Митя, ты же умный, — жалобно сказала наконец Ольга. — Кроме тебя, никто не поможет, Митя! Ну, у тебя же есть мозги! Ты самый первый из аспирантов диссер защитил. Нет, Кузя раньше.
— У меня просто куча мозгов, чтобы защищать диссеры, — возразил Хохлов. — Но я не умею расследовать преступления.
— Так научись, твою мать!.. — крикнула Ольга, и слезы опять показались у нее на глазах.
— Да ни хрена ты не поймешь, — сказал Хохлов. — Ты за Димона глотку перегрызешь, это нам со второго курса известно!"
"— Тогда говори, что делать, Митя! Думай быстрей и говори!..
— Делать, делать… — пробормотал Хохлов, — что нам делать… Значит, так. Ты на машине?
— Ну конечно.
— Значит, берешь машину и дуешь в гастроном за виски, колбасой и батоном. Потом заезжаешь за мной, и мы едем к вам.
— Зачем?
— Осматривать место преступления, — буркнул Хохлов.
Ольга покачала головой:
— Нет там никаких дозорных. Только ленточки висят. А как Димона увозили, весь двор видел. У нас же маленький двор, ты знаешь. Все вышли смотреть, как его в машину сажают. Все по правилам, головой вперед. — Она опять улыбнулась, и опять Хохлов подумал: лучше бы рыдала и рвала на себе волосы. — Это так страшно, Митя. Если бы ты знал, как это страшно!..
