– Не могу уже дальше тут жить ни секунды… Каждый день мимо окон корабли плывут – знал бы ты, Витя, как мне хочется очутиться у них на борту и уехать отсюда… Терять мне уже нечего…
– А с Колесниковым ты не виделась?
– Нет. – Саша качнула головой. – Да что мне Колесников? Я его по-настоящему и не любила никогда… Он же дурак. С ним только спать очень хорошо, потому что он исключительно сильный кобель, а больше с ним делать нечего. Я ведь, как ты мне советовал, его использовала только в качестве клина, которым другой клин вышибают, да вот всё равно ничего не вышибла…
У Служкина лицо сделалось таким же, как у завучихи, когда он отпрашивался с урока, но Сашенька этого не видела.
– Как же ты, Витя, дальше жить собираешься? – участливо спросила она.
Служкин неопределённо махнул бровями.
– Горе как море, – сказал он. – Да случай был: мужик на соломинке переплыл.
– А знаешь, Витя, – тяжело вздохнув, призналась Сашенька, – я почему-то всегда ожидала от Нади чего-то подобного… Будкин – ладно, он что – самец… А Надя… Слишком уж она у тебя правильная была. И вот выждала момент и ударила.
– Не говори про Надю, – попросил Служкин. – Она поступила правильно и честно. Я её не виню. Я сам, можно сказать, всего этого добился самоотверженным трудом.
– Ты слишком добрый, Витенька… А они воспользовались тем, что ты можешь собою пожертвовать. Только стоило ли жертвовать для них? Я знаю, что ты переживаешь. Ты сильный, но мне тебя ужасно жалко. Я бы никогда не смогла поступить так, как они. Ты не расстраивайся… Не думай, что тебя никто не любит. Плюнь на них. Я тебя люблю, всегда любила и буду любить. Ты единственный, кого я могу любить.
– Я тебя тоже очень люблю, Сашенька, – ответил Служкин.
Из дверей конструкторского бюро выглянула какая-то тётка.
– Рунёва, хватит обниматься, дело ждёт! – крикнула она.
– Сейчас иду, – ответила Саша, не оглядываясь и не делая попытки высвободиться из рук Служкина. Тётка захлопнула дверь, и Саша вдруг горячо зашептала: – Витенька, я очень-очень хочу, чтобы ты пришёл ко мне сегодня… Отпросись, соври, убеги – но приходи, на всю ночь, до утра… Я умру сегодня без тебя, Витенька…
– Вот тебе и раз! – ошарашенно вырвалось у Служкина.
– Обещай мне, что придёшь!.. – умоляюще требовала Сашенька.
– Обещаю, – сказал Служкин.
Он вышел из заводоуправления совершенно обалделый. Дома он лёг на диван с головой и укутался одеялом. Через час пришла Надя, привела Тату. Служкин лежал по-прежнему.
