Направленный взгляд в мир, где незаметная служанка случайно открывает глаза на истинное величие и бездну жизни высшего света. Каждая мысль о подлинной любви здесь дрожит между роскошью и невесомостью. Здесь стены дворца падают, а сердце девушки неизбежно становится заложником глубоких тайн....
Отвела взгляд и одёрнула себя, не о том думаю.
– Вы прекрасны, – Дарион в несколько шагов преодолел расстояние между нами и взял мои ладони в свои, чем сильно удивил всех присутствующих. – Вы великолепны в этом платье. Оно вам очень идёт, – его взгляд скользнул по моей фигуре. – Я его вам куплю.
– Спасибо, но не нужно, – аккуратно убрала ладони, чтобы не обидеть наместника. – Замуж не собираюсь.
Он загадочно на меня посмотрел и произнёс:
– Пусть это будет мой каприз. Такое платье и на бал можно надеть.
Я с тоской посмотрела на кремовое платье, которое сейчас красовалось на Деборе, понятно, почему она меня отвлекла и привела к вешалке со свадебными нарядами, оно ей самой приглянулось.
Дарион ещё минут пять осыпал меня комплиментами, я же не украдкой посматривала на нахмуренного Тайгриана. Почему он злится? Нет, по лицу и не скажешь, оно стало каменным и лишь брови были чуть сведены, но я чувствовала. Со мной на кухне он совсем другой."
"Я поняла! Он недоволен, что Дарион любезничает с главной страшилкой замка.
Минут через пять пришла мачеха и уже всем стало не до веселья. Её цепкий взгляд прошёлся по всем присутствующим, она оценивала наряды.
– Госпожа Генриетта, мы вас оставим, – поклонился Дарион. – Не будем мешать подготовке к балу.
Та сухо кивнула, словно разрешая, наместнику нас покинуть.
– Меня ждут молитвы, – после того, как облачилась вновь в своё платье, решила улизнуть из такого приятного женского общества. И мне практически удалось, если бы не мачеха.
– Придёшь вечером в мои покои, нам нужно поговорить.
– Слушаюсь, – присела я. Неужели сегодня мы направимся к храмовнику, но зачем она так открыто зовёт меня при всех?
Я ходила по своей комнате, от скуки почитала первые страницы книги по начальной магии, мало чего поняла, поэтому отложила её и решила сходить на кухню, что-нибудь приготовить себе на ужин.
Без Мартина не так весело готовить, но в душе я надеялась, что ко мне придёт Тайгриан.
В дверях я столкнулась с поваром, он знал, что есть служанка, которая готовит поздно вечером, поэтому лишь кивнул мне и вышел.
Вот же, даже не поинтересовался, как меня зовут. Кладовая была забита продуктами, холодильный шкаф готовым завтраком для воинов и господ.
– Будет у меня нежнейшее фрикасе из куриного филе и молодых кабачков, – сообщила сама себе, вынимая продукты.
– И я не откажусь, – от неожиданности я выронила кабачок, который прытко покатился к ногам генерала. – Что ж вы, Белла, так пугливы? – его глаза улыбались.
